ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!!!
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Дневник > Последние комментарии в дневникеПерейти на страницу: « предыдущуюПредыдущая | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | следующуюСледующая »


четверг, 11 февраля 2010 г.
mirabola1996081 15:28:54
Видеть комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться или Войти.
mirabola1996081 10:55:29
Видеть комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться или Войти.
понедельник, 1 февраля 2010 г.
RE: Немного ЯОЯ)))))))В КАРТИНКАХ))))))))) mirabola1996081 17:59:25
Ммм... признаюсь мульт Наруто я не люблю мягко сказано я люблю только его пейринги)
Прoкoммeнтировaть
RE: Немного ЯОЯ)))))))В КАРТИНКАХ))))))))) силеночка 17:24:40
это позорит мульт наруто, так что давай размещай в тихоря пока никто не заметил.
Прoкoммeнтировaть
суббота, 23 января 2010 г.
RE: Тест: Paradise is Nowhere - Рая нет... Мукурыч. Lia 11:06:40
ничего ;-)­ ;-)­
Прoкoммeнтировaть
RE: Тест: Paradise is Nowhere - Рая нет... mirabola1996081 10:44:21
извини что без спроса
Прoкoммeнтировaть
четверг, 21 января 2010 г.
RE: Тест: Paradise is Nowhere - Рая нет... Мукурыч. Lia 18:51:22
8-|­ 8-|­ 8-|­ \в офиге\
\глубоко польщен\
Прoкoммeнтировaть
суббота, 2 января 2010 г.
RE: Reciprocite 8глава Суч . 16:57:24
потрясающе, жду)
Прoкoммeнтировaть
RE: Reciprocite 8глава Nell sama 15:46:18
глава написана,скоро будет)
Прoкoммeнтировaть
среда, 23 декабря 2009 г.
RE: Reciprocite 8глава Суч . 04:36:22
Отлично написано, жду продолжения))))=^B­
Прoкoммeнтировaть
суббота, 19 декабря 2009 г.
RE: Reciprocite 7глава Суч . 18:22:54
Благодарю за разъяснение))))Буду­ ждать)))
Хорошо пишешь, автор))
Прода стабильно выходит раз в месяц, значит следующаяглава будет после 19 января.
Прoкoммeнтировaть
RE: Reciprocite 7глава Nell sama 17:58:33
*Пришёл автор*
Прода стабильно выходит раз в месяц, значит следующаяглава будет после 19 января.
Прoкoммeнтировaть
RE: Reciprocite 7глава Суч . 16:19:16
Мне определенно нравится этот фанф)))))очень интересный)))
а когда будет продолжение?
Прoкoммeнтировaть
пятница, 18 декабря 2009 г.
RE: Сумерки 5 книга вся mirabola1996081 17:16:59
Она отвела взгляд, затем открыла лимонад и сделала быстрый глоток, ее глаза не отрывались от стола.
— Ты не голодна? – спросил я.
— Нет, - она указала на пустой стол между нами. - А ты?
— Нет, я не голоден, - ответил я. Я на самом деле не чувствовал голода.
Она уставилась на стол, поджав губы. Я ждал.
— Можешь оказать мне услугу? – внезапно спросила она, заметив мой пристальный взгляд.
Что бы она хотела от меня? Спросит ли правду, которую мне нельзя ей рассказывать; правду, которую я не хотел, чтобы она когда-нибудь узнала.
— Это зависит от твоего пожелания.
— Ничего особенного, - пообещала она.
Я ждал ответа с любопытством.
— Я просто хочу знать… - медленно начала она, не отрывая глаза от бутылки лимонада, по поверхности которой она чертила круги мизинцем. — Мог бы ты предупреждать меня заранее перед тем, как снова станешь игнорировать меня. Ну, чтобы я подготовилась…
Она хотела предупреждения? Значит, быть проигнорированной мною для нее тяжело… Я улыбнулся.
— Это справедливо, - согласился я.
— Спасибо, - сказала она, приободрившись. На ее лице было такое облегчение, что мне и самому захотелось облегченно рассмеяться.
— Тогда можно попросить тебя об одном одолжении взамен? – спросил я с надеждой.
— Только об одном, - разрешила она.
— Расскажи мне одну из теорий.
— Только не это, - залилась она краской.
— Ты обещала выполнить одну просьбу без ограничений, - убеждал я ее.
— А ты никогда не нарушал обещаний? – доказывала она.
Она подловила меня.
— Только одну догадку – я не буду смеяться.
— Нет, ты будешь. Она была настолько уверена в этом, несмотря на то, что я не мог и представить что-нибудь веселое во всем этом.
Я предпринял другую попытку. Я пристально взглянул в ее глаза, почти утонув в них, и прошептал: “пожалуйста?”
Она моргнула, а ее лицо выглядело растерянным.
Ну что ж, это была не совсем та реакция, к которой я стремился.
— Ээ, что? — спросила она. У нее словно было головокружение. Что с ней было?
Но я все еще не сдавался.
— Пожалуйста, расскажи мне свою маленькую теорию, — умоляющим голосом попросил я, удерживая ее взгляд.
К моему удивлению и удовлетворению, это наконец сработало.
— Ох, тебя укусил радиоактивный паук?
Комиксы? Не удивительно, что она думала, что я буду смеяться.
— Маловероятно, - пожурил я ее, стараясь скрыть свое облегчение.
— Прости, это все, что я могу предположить, — обиженно сказала она.
Это успокоило меня еще больше. Мне хотелось еще подразнить ее.
— Ты даже не близка.
— Значит, пауки тут ни при чем?
— К сожалению.
— И радиация тоже?
— Увы!
— Вот черт!
— Представляешь, дело даже не в криптоните! — быстро сказал я, пытаясь опередить ее вопрос об укусах, а потом мне пришлось рассмеяться, потому что она посчитала меня супергероем.
— Ты же обещал не смеяться! — напомнила она.
Я сложил мои губы вместе.
— Со временем я во всем разберусь, — пообещала она.
А когда она выяснит, то убежит.
— Я бы попросил тебя этого не делать, - сказал я, все поддразнивание пропало.
— Потому что…?
Я должен был быть с ней честным, поэтому попытался улыбнуться, чтобы мои слова не выглядели такими угрожающими.
— А что если я не супергерой? А что если я плохой парень?
Ее глаза в долю секунды широко раскрылись, а губы приоткрылись.
—Ох, — сказала она, а через секунду добавила, — я вижу…
Она, наконец, услышала меня.
— Правда? — спросил я, скрывая свое мучение.
— Ты опасен? — предположила она. Ее дыхание сперло, а сердце забилось быстрее.
Я не мог ей ответить. Была ли это моя последняя встреча с ней? Убежит ли она сейчас? Можно ли мне сказать ей, что я люблю ее, перед тем, как она убежит? Или это напугает ее еще больше?
— Но не плохой, — прошептала она, качая головой, страха не было в ее ясных глазах. — Нет, я не верю, что ты плохой.
— Ты ошибаешься, - вздохнул я.
Конечно же, я был плохим. Радовался ли я, что она думала обо мне лучше, чем я того заслуживал? Если бы я был хорошим человеком, то держался бы от нее подальше.
Я протянул руки через стол, а затем в оправдание своих действий взял крышку лимонада. Она не вздрогнула оттого, что моя рука была так близко. Она на самом деле не боялась меня. Пока еще не боялась.
Я вертел в руках крышку, смотря на нее, а не на Беллу. Мои мысли запутались в клубок.
Беги, Белла, беги. Я не мог заставить себя произнести эти слова вслух.
Она резко вскочила на ноги. — Опоздаем! — закричала она, когда я уже начал волноваться в том, как она истолковала мое молчание.
— Я не иду на урок.
— Почему?
Потому что я не хочу убить тебя.
— Это полезно - иногда попускать уроки.
Чтобы быть до конца точным, это было полезнее для людей, если вампиры пропускают те дни, когда может быть пролита человеческая кровь. Мистер Баннер сегодня проводил определение группы крови. Эллис уже пропустила урок биологии утром.
— Ну, а я пошла, — проговорила она. Это не удивило меня. Она была ответственной – она всегда поступала правильно.
Она была моей противоположностью.­
— Тогда увидимся позже, - сказал я, стараясь показаться беспечным, не отрывая взгляда от крышки. И, кстати, я обожаю тебя…своей устрашающей, опасной любовью.
Она колебалась, и я на мгновенье поверил, что она останется со мной, но прозвенел звонок, и она поспешила прочь.
Я подождал, пока она скроется, а потом положил крышку в свой карман – сувенир нашей самой результативной беседы – и пошел под дождем к своей машине.
Я включил свою любимую композицию на CD (я слушал ее и в тот самый первый день), но я очень долго не слушал мелодий Дебюсси. Другие ноты приходили в мою голову, фрагмент мелодии, которая интриговала и радовала меня. Я выключил стерео и прислушался к музыке, которая звучала у меня в голове, играя с этим фрагментом, пока он не стал идеальным и гармоничным. Интуитивно, мои пальцы двигались в воздухе, словно играли по клавишам вымышленного пианино.
Новая композиция почти сформировалась, когда мое внимание отвлекла волна боли.
Я попытался понять причину.
Она собирается упасть в обморок? Что же мне делать?! – паниковал Майк.
В ста ярдах от меня Майк Ньютон опускал целое и невредимое тело Беллы на тротуар. Она почти сливалась с мокрым бетоном, ее глаза были закрыты, а кожа была бледной словно у трупа.
Я почти оторвал дверь машины.
— Белла? — закричал я.
Не было никаких изменений в ее безжизненном лице, когда я окликнул ее.
Все мое тело стало холоднее льда.
Я отгородился от раздражения Майка моим появлением, пока я на бешеной скорости проникал в его мысли. Он думал только о своей злости на меня, поэтому я не знал, что случилось с Беллой. Если он причинил ей вред, то я уничтожу его.
— Что случилось? Она ранена? — потребовал я ответа, пытаясь сосредоточиться на его мыслях. Несносным было и то, что пришлось перейти на человеческий шаг. Я не должен был привлекать внимания к моим способностям.
Я услышал биение ее сердца, и даже ее дыхание. Пока я наблюдал, она сильнее сомкнула глаза. Это чуть-чуть успокоило меня.
Я увидел мелькнувшие воспоминания Майка, всплеск воспоминаний с урока биологии. Голова Беллы на нашем столе, ее позеленевшее лицо, красные капли на белых карточках…
Группа крови.
Я остановился там, где я был, задерживая дыхание. Ее аромат это было одно, а текущая кровь было совсем другое.
— Она чуть не потеряла сознание, — дрожащим голосом рассказывал Майк. — Не знаю, почему так вышло, ведь она даже палец не уколола!
Волна облегчения нахлынула на меня, и я вновь глубоко задышал. Я даже смог учуять крошечную струю проколотого пальца Майка. Возможно, она могла бы мне даже понравиться…
Я стоял рядом с ней на коленях, пока Майк следил за мной, беся меня своим вмешательством.
— Белла, ты меня слышишь?
— Нет, — застонала она. — Уходи.
Облегчение было таким неожиданным, что я рассмеялся. Она была в порядке.
— Я вел ее в медпункт, — сказал Майк. — Но она не может идти дальше.
— Я сам отведу ее. Возвращайся в класс, — сказал я презрительно.
— Нет, мне велели это сделать, — Майк сказал сквозь сжатые зубы.
Я не собирался стоять и спорить с этим негодяем.
Дрожа от ужаса, наполовину довольный, а на другую разозленный этой трудной ситуацией и необходимостью прикасаться к ней, я по-джентельменски поднял Беллу с тротуара и нес ее на руках, прикасаясь только к одежде, держа допустимую дистанцию между нашими телами. Я широко шагал, будучи в спешке, чтобы спасти ее – другими словами спасти и от меня.
Ее удивленные глаза широко распахнулись.
— Поставь меня на землю, — приказала она слабым голосом — снова приведя меня в замешательство, я пытался угадать ее причину. Она не любила выглядеть слабой.
Я едва слышал протесты Майка позади нас.
— Ты ужасно выглядишь, — сказал я ей, усмехнувшись, потому что с ней не было ничего плохого, кроме слабой тошноты и головокружения.
— Поставь меня на тротуар, - сказала она. Ее губы были белыми.
— Значит, ты не выносишь вида крови? — Могло ли быть что-то ироничнее этого?
Она закрыла свои глаза и сжала губы сильнее.
— И причем, вида не только своей крови! – добавил я, моя усмешка стала шире.
Мы шли к административному корпусу. Дверь была открыта всего на дюйм, и я пнул ее, чтобы нам открыли.
Миссис Коуп тревожено вскочила. — О боже! — воскликнула она, осматривая мертвенно бледную девушку на моих руках.
— Она упала в обморок на биологии, - объяснил я, пока ее воображение не зашло слишком далеко.
Миссис Коуп поспешила открыть нам дверь в медпункт. Белла опять открыла глаза, чтобы посмотреть на нее. Я услышал внутреннее изумление старшей медсестры, пока осторожно укладывал девушку на потрепанную кушетку. Как только Белла перестала быть на моих руках, я использовал ширину комнаты как пространство между нами. Мое тело было в слишком возбужденном состоянии, слишком жаждущим, мои мускулы были напряженны и выделялся яд. Она была такой теплой и ароматной.
— Ее просто чуть-чуть мутит, — успокоил я миссис Хаммонд. — Они определяли группу крови на биологии.
— Всегда кого-то от этого мутит, - понимающе заверила она.
Я сдержал смех, понимая, что Белла и была той самой.
— Просто полежи минутку, милая, — сказала миссис Хаммонд. — Это пройдет.
— Я знаю, — ответила Белла.
— Такое часто случается? — спросила медсестра.
— Временами, — призналась Белла.
Я попытался выдать свой смех за кашель. Это привлекло внимание медсестры ко мне.
— Ты можешь вернуться в класс, — сказала она.
— Мне сказали остаться с ней, — я взглянул ей прямо в глаза и с твердой уверенностью солгал.
Хмм. Интересно…ну, ладно. Кивнула миссис Хаммонд.
Это подействовало на нее. Почему Белла была такой трудной?
— Я пойду принесу немного льда для твоего лба, дорогая, — сказала медсестра, чувствуя дискомфорт от моего пристального взгляда (нормальная реакция обычного человека) и вышла из комнаты.
— Ты был прав, — промямлила Белла, закрывая свои глаза.
Что она имела в виду? Я пришел к наихудшему выводу: она вняла моим предупреждениям.
— Я часто прав, — сказал я, пытаясь придать голосу забавность, но прозвучал он мрачно. — В чем же именно я прав на этот раз?
— Прогуливать – это иногда полезно, — вздохнула она.
Уф, снова облегчение.
Потом она замолчала. Она просто тихо и медленно дышала. Ее губы стали возвращаться к нормальному цвету. Ее губы немного не дотягивали до совершенства, ведь нижняя губа была чуть полнее верхней. Меня охватило странное чувство, пока я глядел на ее губы. Это заставило меня подойти к ней ближе, что не было хорошей идеей.
— Ты напугала меня там, — сказал я, чтобы вновь услышать ее голос. — Я подумал, что Ньютон тащит твой хладный труп, чтобы закопать в лесу.
— Ха, ха, — сказала она.
— Честно говоря, я видел покойников с лучшим цветом лица. — Это было правдой. — Я подумал, что я отомщу за твое убийство. — И я отомщу.
— Бедный Майк, — вздохнула она. — Я заставила его поволноваться.
Мой пульс резко подскочил, но я быстро справился с собою. Ее отношение к нему было лишь жалостью. Она была доброй. И этим все объяснялось.
— Он ненавидит меня всем сердцем, — сказал я, приободренный этой мыслью.
— Ты не можешь знать об этом наверняка.
— Я могу утверждать – я видел его лицо. — Это можно было назвать правдой, ведь чтение выражений его лица могло вполне привести меня к этому утверждению. Это практика с Беллой улучшила мои способности понимать лучше человеческие эмоции.
— Как ты меня увидел? Я думала, что ты решил прогулять. — Ее лицо выглядело лучше – исчез болезненный зеленый цвет.
— Я сидел в своей машине и слушал диск.
Ее глаза дернулись, будто мой обычный ответ удивил ее.
Она снова открыла глаза, когда миссис Хаммонд вернулась со льдом.
— Ну вот, дорогая, — сказала медсестра, положив лед на лоб Белле. — Ты выглядишь лучше.
— Я думаю, я в порядке, — ответила Белла и села, отложив прочь лед. Ну, конечно же, ей не нравилось, когда о ней заботились.
Руки миссис Хаммонд, покрытые морщинками, потянулись к девушке, словно она хотела заставить ту вновь лечь на место, но миссис Коуп в это время приоткрыла дверь и вошла в комнату. С ее приходом появился легкий аромат свежей крови.
Майк Ньютон был очень злым, он стоял позади нее, мечтая, чтобы тяжелый парень, которого он тащил, оказался девушкой, которая в тот момент была со мной.
— У нас еще один, — сказала миссис Коуп.
Белла быстро соскочила с койки, стремясь подальше уйти от этого места.
— Вот, — сказала она, возвращая компресс в руки миссис Хаммонд, — это мне больше не нужно.
Майк ворчал, пока втаскивал Ли Стивенса в дверь. Кровь продолжала капать с руки Ли, стекая прямо на запястье.
— О, нет. — Это был намек на мой уход, да и на уход Беллы тоже. — Белла, тебе лучше выйти в приемную.
Она уставилась на меня озадаченно.
— Доверься мне, пойдем.
Она остановила дверь, когда та едва не захлопнулась, и выбежала в приемную. Я не отставал от нее ни на шаг. Ее развевающиеся волосы касались моей руки.
Она повернулась и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Неужели ты меня послушалась? — это было первым, что я сказал.
Она сморщила нос. — Я почувствовала запах крови.
Я растерянно, изумленно уставился на нее. — Люди не могут почуять кровь.
— Я чувствую, меня от нее тошнит. Кровь пахнет ржавчиной… и солью.
Я продолжал глядеть на нее, но лицо будто заледенело.
Была ли она на самом деле человеком? Она выглядела как человек. Она казалось по-человечески хрупкой. Она пахла даже как человек, ну, даже лучше. Она поступала как человек… Но она не думала и не реагировала, как обычный человек.
Что еще в ней было необычного?
— Что? — потребовала она ответа.
— Ничего.
Майк Ньютон помешал нам, ворвавшись в комнату со злобными мыслями.
— Ты выглядишь лучше, — обратился он к Белле.
Моя рука дернулась, мне хотелось научить его хорошим манерам. Я должен следить за собой, или, в конце концов, все закончится тем, что я его убью.
— Лучше держи свою руку в кармане, — сказала она. На долю секунды я подумал, что она обращалась ко мне.
— Палец больше не кровоточит, — угрюмо ответил он ей. — Ты возвращаешься на урок?
— Ты шутишь? Поспорим, что через пять минут я снова отключусь.
Это было очень хорошо. Я подумал о том, что хотел пропустить целый час в ее обществе, а вместо этого получил дополнительное время. Я почувствовал жадность, она росла во мне с каждой минутой.
— Да уж, не стоит, — пробормотал Майк. — А на выходные поедешь? На пляж?
Ах, у них уже планы. Злость поставила меня на место. Это была групповая поездка, я увидел об этом в мыслях других студентов. Они не будут только вдвоем. Я все еще злился. Я неподвижно застыл, пытаясь обуздать эмоции.
— Конечно, я же сказала, что буду, — пообещала она ему.
Итак, она ответила согласием и ему. Ревность причиняла больше боли, чем жажда.
Нет, это лишь групповая поездка, пытался я себя убедить. Она просто проведет день со своими друзьями, ничего больше.
— Встречаемся у магазина моего отца в десять. А Кален не приглашен.
— Я буду там, — сказала она.
— Тогда увидимся на физкультуре.
— До скорого, — ответила она.
Он направился в свой класс, его мысли же были полны злобы. Что она нашла в этом уроде? Конечно, он богат, я так думаю. Девчонки считают его крутым, а парни нет. Слишком…слишком идеальный. Я готов поспорить, что его папаша провел над ними эксперименты пластической хирургии. Вот почему они все такие белые и миловидные. Это не естественно. И этот его…ужасающий взгляд. Иногда, когда он смотрит на меня, я готов поклясться, что он думает о том, как убить меня…Урод…
Никогда не думал, что Майк такой проницательный.
— Физкультура, — чуть слышно застонала Белла.
Я посмотрел на нее и отметил, что она была вновь чем-то расстроена. Я не знал почему, но был уверен, что все дело в том, что она не хотела идти на следующий урок вместе с Майком. У меня созрел план.
Я подошел к ней и наклонился близко к ее лицу, чувствуя тепло ее кожи, которое сосредотачивалось на моих губах. Я не осмелился вздохнуть.
— Я позабочусь об этом, — пробормотал я. — Иди присядь и сделай вид, что тебе плохо.
Она сделала так, как я сказал, села на один из стульев и прислонила голову к стене, пока миссис Коуп за моей спиной направлялась к своему столу. С закрытыми глазами у Беллы был такой вид, словно она снова упадет в обморок. Нормальный цвет лица еще не вернулся к ней полностью.
Я повернулся к секретарше. Надеюсь, что Белла это оценит, подумал я сардонически. Нормальный человек так бы и ответил.
— Миссис Коуп, — спросил я, снова используя свой убеждающий голос.
Ее ресницы затрепетали, а сердце стало биться быстрее. Слишком молодой, держи себя в руках!
— Да?
Это было интересно. Когда пульс Шелли Коуп участился, это произошло потому, что она находила меня физически привлекательным, а не потому что боялась. Я привык к этому проявлению чувств у женщин…но пока еще не объяснял учащенное сердцебиение Беллы этим…
Мне это очень понравилось. Слишком понравилось. Я улыбнулся, а миссис Коуп задышала громче.
— У Беллы следующим уроком физкультура, но я думаю, что она еще слишком слаба. Наверное, ей лучше поехать домой. Не могли бы вы написать освобождение? — Я посмотрел в ее неглубокие глаза, получая удовольствие от того, как это повлияло на ее мыслительный процесс. Было ли это возможным, что Белла…?
Миссис Коуп громко сглотнула, перед тем как ответить. — Тебе тоже нужно освобождение, Эдвард?
— Нет, миссис Гофф уже отпустила меня.
Я не обращал сейчас на нее много внимания, я изучал эту новую возможность.
Хмм. Я хотел верить в то, что Белла находит меня привлекательным, как и другие люди, но когда у нее была такая же реакция, как и у обычных людей?! Я не должен настолько верить в это.
— Хорошо, все уже готово. Ты чувствуешь себя лучше, Белла?
Белла слабо кивнула – чуточку переигрывая.
— Сможешь дойти до стоянки, или взять тебя на руки? — спросил я, меня позабавило ее слабое актерское мастерство. Я знал, что она захочет дойти сама, ведь она так не любит казаться слабой.
— Я дойду, — сказала она.
Я оказал прав - я уже делал успехи.
Она встала, поколебавшись на мгновенье, словно проверяя свой баланс. Я придержал дверь для нее, и мы вышли под проливной дождь.
Я наблюдал, как она подняла лицо с закрытыми глазами навстречу дождю, на ее губах была улыбка. О чем она думала? Что-то было не так во всем этом, и я быстро понял, почему ее поза так непривычна для меня. Нормальные девушки никогда бы не подняли свое лицо так, ведь они обычно пользуются косметикой, даже в таком дождливом месте.
Белла никогда не красилась, ей это было не нужно. Косметическая индустрия делает миллиарды долларов в год на женщинах, которые пытались сделать кожу такой, как у нее.
— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись теперь мне. — Стоило поболеть, чтобы пропустить физкультуру.
Я направлялся прямо к стоянке, раздумывая о том, как бы продлить мое время с ней. — Всегда пожалуйста, — ответил я ей.
— А ты пойдешь со мной? Я имею в виду эту субботу, — спросила она с надеждой.
Ах, ее надежда была искренней. Она хотела, чтобы я был с ней, а не Майк Ньютон. И мне хотелось ответить согласием, но было множество вещей, которые нужно было брать во внимание, например, в субботу обещали солнечную погоду…
— А куда вы именно едите? — я попытался, чтобы мой голос не звучал заинтересованным, как если бы это не имело большого значения. Майк сказал что-то насчет пляжа. Не слишком много возможностей избежать там солнечного света.
— В Ла Пуш, на дикий пляж.
Черт. Ну что ж, это было невозможно.
В любом случае, Эмметт не был бы в восторге, если бы я нарушил наши планы.
Я взглянул на нее с кривой усмешкой.
— Не думаю, что меня приглашали.
Она вздохнула, почти смирившись. — Я только что пригласила тебя.
— Думаю, на этой неделе нам с тобой больше не стоит мучить старину Ньютона, а то вдруг кусаться начнет. — Я представил, как сам укушу бедного Майка, и наслаждался этой насыщенной вымышленной картиной.
— Майк-шмайк, — презрительно сказала она. Я широко улыбнулся.
А потом она пошла в другую сторону.
Не думая об ее реакции, я протянул руку и поймал ее за куртку. Ей пришлось остановиться.
— И куда же ты, по-твоему, направлялась? — Я был почти зол, что она оставляла меня. Мне не было достаточно проведенного времени с ней. Она не могла уйти, пока еще не могла.
— Я иду домой, — сказала она, сбитая с толку.
— Ты что, не слышала: я обещал лично тебя отвезти! Думаешь, я позволю тебе сесть за руль в таком состоянии? — Я знал, что ей это не понравиться – мой намек на ее слабость. Но мне нужна была практика перед поездкой в Сиэтл, увидеть смогу ли я быть так близко с ней в столь ограниченном пространстве. Это путешествие было намного короче.
— В каком еще состоянии? – потребовала она ответа. — И что делать с моим пикапом?
— Я попрошу Элис пригнать его после уроков. — Я потянул ее к своей машине, зная, что ей и так трудно следовать за мной.
— Отпусти! — сказала она, спотыкаясь о тротуар. Я протянул одну руку, чтобы поймать ее, но она справилась сама. Мне не нужно было искать оправдания прикосновению к ней. Это навело меня на размышления о реакции мисси Коуп на меня, но я отложил это на позднее. На тот момент важнее было сосредоточиться.
Она обошла машину, остановившись у двери. Я должен быть еще аккуратнее, учитывая ее баланс…
— Ты такой бесцеремонный!
— Дверь открыта.
Я сел в машину и завел мотор. Она стояла под усилившимся дождем, и я знал, что она не любит холод и влажность. Вода стекала по ее густым волосам, делая их почти черными.
— Я прекрасно могу доехать сама!
Конечно, могла, это я не был способен отпустить ее.
Я опустил стекло с ее стороны, и обратился к ней. — Садись в машину, Белла.
Ее глаза сузились, и я предположил, что она обдумывает, успеет ли она сбежать от меня.
— Я просто притащу тебя обратно, — пообещал я, наслаждаясь досадой на ее лице, когда она поняла, то я исполню свое обещание.
Она подняла свой подбородок, открыла дверь и залезла внутрь. Ее волосы прилипли к коже, сама она напоминала промокшую кошку в скрипучих сапогах.
— А вот это совсем необязательно, — чопорно ответила она.
Я включил печку, чтобы она почувствовала себя комфортнее, и включил негромкую музыку. Я поехал прямо к выезду, наблюдая за ней уголком глаза. Ее нижняя губа упрямо выдавалась вперед. Я уставился на это, проверяя, как на это отреагирую… снова мысли о реакции секретарши…
Неожиданно она посмотрела на стерео и улыбнулась, ее глаза распахнулись.
— «Лунный свет»? — спросила она.
Поклонница классики? — Ты знаешь Дебюсси?
— Не очень хорошо, — ответила она. — Моя мама любит классику, а я знаю только те вещи, которые мне нравятся.
— Это тоже одна из моих любимых композиций. — Я посмотрел на дождь, сосредотачиваясь. У нас все-таки было нечто общее с ней. Я уже начал было думать, что мы во всем полные противоположности.
Она выглядела более расслабленной сейчас, смотря, как и я, на дождь невидящими глазами. Я использовал ее отвлечение, чтобы поупражняться с дыханием.
Я осторожно вдохнул через нос.
Эффективно.
Дождь улучшил ее запах. Я и не думал, что такое возможно. Глупо, но я вдруг представил какая она на вкус.
Я попробовал сглотнуть, чтобы уменьшить огонь в моем горле, и подумать о чем-то другом.
— Расскажи о своей маме, — спросил я рассеянно.
Белла улыбнулась. — Мы с ней похожи, только она красивее.
Я усомнился в этом.
— Во мне слишком много от Чарли, — продолжала она.
Я усомнился и в этом.
— Она безответственная и довольно эксцентричная, а еще очень любит экспериментировать.­ Она моя лучшая подруга. — В ее голосе появилась меланхолия, на лбу появилась морщинка.
И снова, она говорила не как ребенок, а как родитель.
Я остановился перед ее домом, запоздало подумав о том, как объяснить, что я знаю о месторасположении ее дома. В принципе, это не должно вызвать подозрения, учитывая, кто ее отец в этом маленьком городке…
— Сколько тебе лет, Белла? — Она, должно быть, старше своих сверстников. Возможно, она поздно пошла в школу, или оставалась на второй год…
— Мне семнадцать, — ответила она.
— Ты не выглядишь на семнадцать.
Она засмеялась.
— Что?
— Моя мама всегда говорит, что я родилась тридцати пятилетней и с каждым годом приближаюсь к пенсии. — Она снова засмеялась, а потом вздохнула. — Ну, кому-то нужно быть взрослым.
Это разъяснило мне многое, я теперь понимаю…как безответственная мать помогла найти объяснение зрелости Беллы. Ей пришлось рано повзрослеть, чтобы стать опекуншей. Вот почему ей не нравится, когда о ней пекутся, ведь это, по ее мнению, ее работа.
— Ты и сам не очень похож на школьника, — сказала она, вытягивая меня из моих грез.
Я сгримасничал. За все, что я постигал в ней, она требовала в ответ слишком многого. Я сменил тему.
— Так почему твоя мама вышла замуж за Фила?
Она раздумывала минуту, перед тем как ответить. — Моя мама…она очень молода, для своего возраста. Я думаю, что Фил заставляет ее чувствовать себя еще моложе. В любом случае, она без ума от него. — Она снисходительно качнула головой.
— Ты одобряешь их брак? — поинтересовался я.
— Какая разница? — спросила она. — Я хочу, чтобы она была счастлива…и ее счастье – это Фил.
Меня поразило то, что она не была эгоистичной, только это как-то слишком хорошо совпадало с тем, что я уже успел узнать о ее характере.
— Полагаю, это очень благородно…
— Что?
— Как ты думаешь, повела бы она себя так же по отношению к тебе? Смогла бы принять твой выбор, каким бы он ни был?
Это был дурацкий вопрос, и я не смог притвориться беспечным, когда задавал его. Как глупо даже рассматривать возможность, что кто-то одобрит мою кандидатуру для своей дочери. Как глупо думать о том, что Белла может выбрать меня…
— Я…я думаю также, — произнесла она, заикаясь, отреагировав так на мой пристальный взгляд. Интересно, от страха или…заинтересованно­сти?
— Но, она все равно мама, с ней все немного по-другому, — закончила она свою мысль.
Я ухмыльнулся. — Значит, никого слишком жуткого…
Она усмехнулась в ответ. — Смотря кого, ты считаешь жутким? Парня с пирсингом на лице и татуировками?
— Думаю, что можно и так определить. — Очень не страшное определение на мой взгляд.
— А какое у тебя определение?
Она всегда задавала неправильные вопросы. Или, наоборот, правильные вопросы. Во всяком случае, на некоторые из них я не хотел отвечать.
— Ты думаешь, что я могу быть страшным? — спросил я, пытаясь хотя бы чуточку улыбнуться.
Она подумала над вопросом, перед тем как ответить мне серьезным голосом.
— Хмм… Я думаю, что ты мог бы, если бы захотел.
Я тоже стал серьезным. — Ты боишься меня сейчас?
Она ответила мгновенно, не раздумывала ни секунды. — Нет.
Я улыбнулся свободнее. Я не думал, что она говорит всю правду, но она на самом деле не лгала. Она не была достаточно напуганной, чтобы уйти, по крайней мере. Мне стало интересно, как бы она отреагировала, если бы узнала, что говорит с вампиром. Я съежился, представив ее реакцию.
— Итак, ты расскажешь мне о своей семье? Должно быть, эта история интереснее, чем моя.
В крайнем случае, уж точно страшнее.
— Что ты хочешь узнать? — настороженно спросил я.
— Каллены усыновили тебя?
— Да.
Она колебалась, но потом все же тихо спросила. — А что случилось с твоими родителями?
Это не было трудным вопросом, мне даже не пришлось лгать ей. — Их уже давно нет в живых.
— Извини, — пробормотала она, искренне взволнованная тем, что могла ранить меня.
Она волновалась обо мне.
— Я не очень хорошо их помню, — заверил я ее — Карлайл и Эсми стали моими родителями очень давно.
— И ты их очень любишь, — заключила она.
Я улыбнулся. — Да. Я не могу представить людей лучше них двоих.
— Тебе очень повезло.
— Я знаю. — Если иметь в виду родителей, то моя удача неоспорима.
— А твои братья и сестры?
Если я позволю ей настаивать на уточнении многих деталей, то мне придется солгать. Я взглянул на часы, которые привели в уныние оттого, что отпущенное нам время подошло к концу.
— Брат с сестрой, и Джаспер с Розали не очень обрадуются тому, что им придется мокнуть под дождем.
— Ой, извини. Думаю, что тебе пора ехать.
Она не сдвинулась с места. Она тоже не хотела, чтобы наше время, проведенное вместе, закончилось. Мне это очень, очень понравилось.
— А тебе, наверное, хочется, чтобы пикап пригнали прежде, чем шеф Свон вернется домой. Тогда можно не рассказывать о том, что случилось на биологии, — я усмехнулся, вспомнив ее смущение, когда она была на моих руках.
— Уверена, что он уже обо всем слышал. В Форксе нет секретов, — она произнесла название городка с отчетливым отвращением.
Я рассмеялся ее словам. В самом деле, никаких секретов. — Повеселись на пляже, — я взглянул на утихающий дождь, зная, что он еще не закончится, я хотел, чтобы он пошел даже сильнее, чем раньше. — Надеюсь, что вам повезет с погодой для загара. — Что ж, она такая и будет в субботу. Ей понравится.
— Я тебя завтра не увижу?
Волнение в ее голосе меня очень порадовало.
— Нет. Эммет и я начинаем выходные пораньше. — Я злился на себя за то, что у меня уже были планы. Я мог их отменить…но не было ничего важнее охоты в данный момент, и моя семья собиралась приложить все усилия для того, чтобы скрыть мою одержимость и вернуть хорошее поведение.
Прoкoммeнтировaть
RE: Сумерки 5 книга вся mirabola1996081 16:46:12
Было трудно судить - она выглядела такой слабой от своей полупрозрачной кожи… Потом до меня дошло, что я тоже беспокоюсь, совсем как глупый мальчишка, и я решил больше не думать о ее здоровье.
Ни взирая на это, мне не нравилось смотреть на неё через мысли Майка. Я переключился на Джессику и внимательно наблюдал, в то время как они втроем выбрали за какой столик сесть. К счастью, они сели с обычными собеседниками Джессики за один из первых столиков в столовой. Не по ветру, как и обещала Элис.
Элис толкнула меня локтем.
- Сейчас она посмотрит, веди себя, как человек.
Я стиснул зубы в усмешке.
- Полегче, Эдвард, - сказал Эмметт. - Честно. Ну убьешь ты одного человека. Ну не конец же света наступит.
- Ты об этом узнаешь, - проворчал я.
Эмметт засмеялся.
- Тебе следует быть выше этого. Как я. Вечность - долгий период времени, за который ты успеешь во всем раскаяться.
И тогда Элис метнула небольшую горстку льда, которую прятала, в лицо ничего не подозревающего Эмметта.
Он поморщился, удивленный, а затем усмехнулся в предвкушении.
- Ты сама напросилась, - сказал он, когда склонился над столом и встряхнул своими волосами, покрытыми льдом, прямо в неё. Снег, растаявший в теплом помещении, слетал с его волос градом - наполовину вода, наполовину лед.
- Фу! - возмутилась Роуз, в то время как она с Элис отпрянули от этого дождя.
Элис засмеялась, и мы все к ней присоединились. Я сумел увидеть в голове Элис, как она удачно создала этот идеальный момент, и я знал, что та девушка - я должен был перестать думать о ней так, будто она была единственной на свете - что Белла будет смотреть на нас смеющихся и играющих, выглядящих такими счастливыми и человечными и невообразимо идеальными, как картина Нормана Роквелла.
Элис смеялась и подняла свой поднос, будто бы щит. Девушка - Белла, должно быть, все еще наблюдала за нами.
- …вновь пялится на Калленов, - подумал кто-то, захватив мое внимание.
Я автоматически посмотрел в направлении нечаянного оклика, поняв, в то время как мои глаза нашли его обладателя и я узнал этот голос - я так долго вслушивался в него сегодня.
Но мои глаза скользнули по Джессике и сосредоточились на проницательном взгляде девушки.
Она быстро опустила глаза, вновь спрятавшись за густыми волосами.
О чем она думала? Напряжение, казалось, со временем становилось более острым, оно не наскучивало. Я постарался - сомневаясь в том, что делаю, так как никогда не пробовал раньше - испытать свой разум в тишине вокруг нее. Мой экстра-слух всегда включался естественным путем, без вопросов, я никогда не заботился об этом. Но сейчас я сосредоточился, стараясь преодолеть любые помехи вокруг нее.
Ничего кроме тишины.
- Да что это с ней? - мысль Джессики вторила моему собственному разочарованию.
- Эдвард Каллен смотрит на тебя, - прошептала она на ухо Свон, хихикнув. Не было и намека на ревность в ее тоне. Джессика, кажется, умело притворялась подругой.
Я слушал ответ девушки слишком увлеченно.
- Он не выглядит злым, как ты считаешь? - прошептала она в ответ.
Так, значит, она обратила внимание на мою дикую реакцию на прошлой неделе. Конечно, да.
Вопрос смутил Джессику. Я увидел собственное лицо в ее мыслях, когда она проверяла мое выражение лица, но я не встретился с ней взглядом. Я все еще был сфокусирован на девушке, пытаясь услышать что-нибудь. Мое настойчивое сосредоточение, кажется, вовсе не помогло.
- Нет, - сказала ей Джесс, и я знал, что ей бы хотелось сказать «да» - как раздражало ее изнутри мое пристальное разглядывание - хотя в голосе не было и следа на это. - А он должен?
- Мне кажется, я ему не нравлюсь, - прошептала девушка в ответ, подперев голову рукой, как будто внезапно устала. Я пытался понять этот жест, но мог лишь догадываться. Может, она устала.
- Калленам никто не нравится, - уверила ее Джессика.- Вернее, они слишком безразличны ко всем, чтобы им кто-то нравился. Они никогда и не пытались.
Ее мысль была недовольным ворчанием.
-Но он все еще смотрит на тебя.
- Перестань на него смотреть, - с тревогой сказала девушка, поднимая голову от руки, чтобы вынудить Джессику послушаться ее.
Джессика хихикнула, но все-таки сделала так, как она сказала.
Девушка так и не отрывала взгляда от своего столика до конца перерыва. Я подумал - хотя, конечно, я не могу быть в этом уверен - что это было умышлено. Казалось, что она хочет посмотреть на меня. Ее тело слегка сдвинулось в моем направлении, подбородок начал поворачиваться, а затем она остановила себя, глубоко вздохнула и в упор уставилась на того, кто говорил.
Я по большей части игнорировал все прочие мысли вокруг девушки, так как они не были о ней на тот момент. Майк Ньютон планировал после школы поиграть в снежки на парковке, кажется, он не знал, что снег уже превратился в дождь. Порхание мягких хлопьев снега по крыше стало скорее обычным стуком капель. Неужели он и вправду не услышал этой перемены? Мне она показалась громкой.
Когда время ланча закончилось, я не сдвинулся с места. Люди выходили друг за другом, и я поймал себя на том, что стараюсь отличить звук ее шагов от прочих, словно это было чем-то важным, или этот звук отличался от других. Как глупо.
Моя семья также не сдвинулась. Они ждали моих действий.
Пойду ли я в класс, чтобы сесть рядом с этой девушкой, где, безусловно, я смогу учуять сильный запах ее крови и почувствовать тепло от ее пульса в воздухе и на своей коже? Был ли я достаточно силен для этого? Или одного дня с меня хватит?
- Я… думаю все в порядке, - сказала Элис нерешительно, – твой разум в порядке. Я считаю, что ты продержишься ещё час.
Но Элис прекрасно знала, как быстро я могу помяться.
- Почему ты не бросишь это, Эдвард? - спросил Джаспер. Хотя он не хотел испытывать самодовольство оттого, что я был сейчас единственным слабаком, я услышал, что он все же подумал об этом, немного. - Иди домой. Расслабься.
- Да какой в этом смысл? - не согласился Эмметт. - Одно из двух, он или убьет ее, или нет. Впору покончить с этим любым путем.
- Я не хочу пока переезжать, - пожаловалась Роуз. - Я не хочу начинать все заново. Мы почти окончили школу, Эмметт. Наконец-то.
Я безотлагательно ухватился за его слова. Я хотел, очень сильно хотел, встретиться с этим скорее напрямую, а не убегать вновь. Но, тем не менее, я не хотел опять заходить далеко. Было ошибкой на прошлой неделе со стороны Джаспера так долго не ходить на охоту; действительно ли это могло быть столь глупой ошибкой для меня?
Я не хотел, чтобы из-за меня моя семья уезжала с насиженного места. Никто из них не поблагодарит меня за это.
Но я хотел пойти на биологию. Я осознал, что вновь хочу увидеть ее лицо.
Вот что было решающим фактором для меня. Это любопытство. Я был зол на себя за это чувство. Разве я не обещал себе, что не стану сильно интересоваться этой девушкой, чьи мысли никак не мог прочесть? И все-таки, вот он я, чрезмерно заинтересованный.
Я хотел узнать, о чем она думает. Ее разум был закрыт, но глаза были очень открытыми. Возможно, взамен я мог бы прочесть все в них.
- Нет, Роуз, я думаю, что все и вправду будет хорошо, - сказала Элис. - Я вижу это. Я на 93% уверена, что ничего плохого не случится, если он пойдет на урок.
Она посмотрела на меня пытливым взглядом, стараясь понять, что же поменялось в моих мыслях, раз ее видение будущего стало более надежным.
Было ли любопытство достаточным, чтобы оставить Беллу Свон в живых?
Эмметт был прав, хотя, почему бы не поставить на этом точку? Я встречусь с соблазном напрямую.
- Пойду на урок, - определился я и встал из-за стола. Я повернулся и зашагал прочь от них, не оглядываясь назад. Я смог расслышать беспокойство Элис, осуждение Джаспера, одобрение Эмметта и раздражение Розали, последовавшее после моего ухода.
Я еще раз глубоко вздохнул возле двери кабинета, а затем набрал воздуха в легкие, так как зашел в маленькое теплое помещение.
Я не опоздал. Мистер Бэннер все еще готовился к сегодняшней лабораторной. Девушка сидела за моим, за нашим столом, вновь склонив голову, глядя на папку, на которой выводила каракули. Я оценил набросок, так как, похоже, я заинтересовался даже этим банальным выражением ее разума, но он ничего не значил. Просто беспорядочные завитушки. Возможно, она не была сосредоточена на рисунке, а думала о чем-то другом?
Я отодвинул свой стул с излишней резкостью, позволяя ему поцарапать линолеум; людям всегда удобнее, когда чье-либо приближение производит шум.
Я знал, что она услышала звук; она не подняла глаз, но ее рука пропустила завитушку в наброске, который она рисовала, что делало его незаконченным.
Почему она не посмотрела наверх? Скорее всего, она была напугана. Я должен быть уверен, что на этот раз покину ее с другим впечатлением о себе. Заставлю ее думать так, что она воображала себе все до этого.
- Привет, - сказал я ей тихим голосом, который использовал, когда хотел, чтобы людям было спокойнее, состроив любезную улыбку, за которой не видно зубов.
После этого она посмотрела наверх, в её расширенных глазах был испуг – почти растерянность – и бездна вопросов без ответов. То же выражение лица, что виделось мне на протяжении всей прошлой недели.
В то время как я смотрел в эти странные глубокие карие глаза, я осознал, что ненависть - ненависть, с которой я представлял эту девушку каким-то образом заслужившую влачить жалкое существование - улетучилась. Не дыша сейчас, не ощущая ее запаха, было трудно поверить, что кто-то такой ранимый может заслуживать ненависть.
Ее щеки начали краснеть, но она ничего не сказала.
Я смотрел ей в глаза, сосредоточившись только на их вопрошающей глубине, и пытался игнорировать их привлекательный цвет. Мне хватило вздоха, чтобы сказать еще немного без дыхания.
- Меня зовут Эдвард Каллен, - сказал я, хотя знал, что ей это известно. Это было проявлением вежливости при знакомстве. - У меня не было возможности представиться на прошлой неделе. Ты, должно быть, Белла Свон.
Она выглядела смущенной - меж ее глаз вновь образовалась небольшая морщинка. Она ответила на полсекунды позже, чем следовало бы.
- Откуда ты узнал мое имя? - спросила она, и ее голос слегка дрогнул.
Я, наверное, и вправду пугал ее. Я почувствовал вину за это; она была такой беззащитной. Я кротко засмеялся - я знал, что звучало это так, что люди успокаивались. И опять я был осторожен по поводу зубов.
- О, я думаю, все знают, как тебя зовут. - Конечно, она должна была понять, что оказалась в центре внимания в этом скучном месте. - Весь город ждал твоего приезда.
Она нахмурилась так, будто бы это было ей неприятно. Я предположил, что, учитывая то, какой стеснительной она кажется, внимание со стороны окружающих может быть ей противно. Многие люди испытывают противоречивые чувства. Несмотря на то, что они не хотят выделяться из толпы, они в то же время жаждут для себя всеобщего внимания.
- Нет, - сказала она. - Я имела в виду, почему ты назвал меня Беллой?
- А ты предпочитаешь, чтоб тебя звали Изабеллой? - спросил я, сбитый с толку тем фактом, что не знал, к чему она ведет. Я не понимал. Несомненно, она явно предпочитала "Беллу" в свой первый день. Неужели людей было так сложно понять если не слышать их мыслей?
- Нет, мне нравиться быть Беллой, - ответила она, слегка склонив голову. Выражение ее лица - если я правильно его истолковал - колебалось между замешательством и смущением. - Но я думала, что Чарли - я имею в виду мой папа - называет меня за спиной Изабеллой. Меня здесь под этим именем все знают.
Ее кожа стала теперь ещё более розовой.
- О, - коротко сказал я и быстро отвел взгляд от ее лица.
До меня только что дошло, что значил ее вопрос. Я оплошал - совершил ошибку. Если б я не подслушивал всех в первый день, то я бы обратился к ней, изначально полным именем, как и прочие. Она заметила разницу.
Я почувствовал острую боль от беспокойства. Слишком быстро заметила мой промах. Довольно проницательно, особенно для кого-то, кто, скорее всего, напуган моей близостью.
Но у меня были проблемы поважнее, чем какие бы то ни было подозрения на мой счет, которые она запрятала у себя в голове.
У меня не осталось воздуха. Если я собираюсь поговорить с ней снова, то мне придется вздохнуть.
Будет сложно молчать. К несчастью для нее, тот факт, что она сидела со мной за одной партой, сделал нас партнерами по лабораторной, так что мы должны были работать вместе сегодня. Будет странно - и непостижимо грубо - игнорировать ее на протяжении всей лабораторной. От этого она станет подозревать больше, больше бояться…
Я отодвинулся от нее так далеко, как мог, не передвигая стула, повернув голову в сторону прохода между рядами. Я напрягся, сжав мышцы, а затем одним быстрым вздохом набрал в легкие воздуха, дыша через рот.
Ахх!
Это было и впрямь болезненно. Даже, не чувствуя ее запаха, я мог ощутить его у себя на языке. Вдруг мое горло прожгло вновь, жажда была точно так же сильна, как и в первый раз, когда я почувствовал ее запах, на прошлой неделе.
Я стиснул зубы и постарался успокоиться.
- Приступайте, - скомандовал мистер Бэннер.
Казалось, что стоило мне повернуться к девушке, смотревшей на парту, и улыбнуться ей, как это тут же отнимало у меня часть самоконтроля, которого я добился за семьдесят лет упорной работы.
- Сначала леди? - предложил я.
Она подняла глаза на меня, а затем ее лицо приняла озадаченное выражение, глаза широко раскрылись. Что-то было не так с моим лицом? Чего она опять испугалась? Она молчала.
- Ну, если ты хочешь, могу начать я, - спокойно сказал я.
- Нет, - она ответила, и ее лицо вновь из белого превратилось в красное. - Я начну.
Я уставился на оборудование, находившееся на парте: потрепанный микроскоп, коробочка с предметными стеклами для него - что было предпочтительнее, чем смотреть, как кружится кровь под ее светлой кожей. Я еще раз быстро вздохнул, сквозь зубы, и вздрогнул, так как от её вкуса мое горло поразила боль.
- Профаза, - сказала она после скорой проверки. Она начала убирать препарат, хотя едва ли посмотрела его.
- Ты не возражаешь, если я посмотрю? - инстинктивно - глупо, будто б я был таким же, как она - я потянулся остановить ее руку, для того, чтобы она не убрала препарат. На секунду жар ее кожи коснулся моей. Казалось, что это было сродни электрическому импульсу - несомненно, намного горячее, чем простые 98,6 градусов . Жар ударил по кисти руки и поднялся по ней. Она отдернула свою руку от моей.
- Прости, - пробормотал я сквозь стиснутые зубы. Нуждаясь в том, чтобы посмотреть куда-нибудь, я схватил микроскоп и уставился в окуляр. Она была права.
- Профаза, - согласился я.
Я все еще был слишком взволнован, чтобы взглянуть на нее. Дыша так тихо, как только мог сквозь стиснутые зубы, и, игнорируя острую жажду, я сосредоточился на простом задании: написать слово в соответствующей строке лабораторного листа, а затем сменил первый препарат следующим.
О чем она сейчас думала? Что она почувствовала, когда я прикоснулся к ее руке? Моя кожа должна быть холодной как лед - отталкивающей. Нечего удивляться, что она была столь тихой.
Я мельком взглянул на препарат.
- Анафаза, - сказал я себе, в то время как делал запись на второй строке.
- Можно мне? - спросила она.
Я поднял на нее глаза и удивился, увидев, что она ждала, наполовину протянув к микроскопу руку. Она не выглядела напуганной. Неужели она и вправду думает, что я мог ошибиться с ответом?
Я не мог ничего поделать и улыбнулся обнадеживающему взгляду на ее лице, когда придвинул микроскоп к ней.
Она посмотрела в окуляр с рвением, которое быстро пропало. Уголки ее губ опустились.
- Препарат номер три? - спросила она, не поднимая глаз от микроскопа, но протянув руку. Я опустил следующий препарат в ее руку, не позволив моей коже на этот раз коснуться ее. Сидеть рядом с ней было все равно, что сидеть возле горящей лампы. Я мог почувствовать, как слегка нагреваюсь до более высокой температуры.
Она не смотрела долго на препарат.
- Интерфаза, - сказала она небрежно - возможно пытаясь таким путем звучать тверже - и придвинула микроскоп ко мне. Она не притрагивалась к бумаге, но ждала, когда я запишу ответ. Я проверил - она вновь была права.
Таким образом, мы закончили работу, перекинувшись лишь словом и не встречаясь глазами. Мы единственные сделали лабораторную - остальные в классе были усердно ей заняты. Кажется, у Майка Ньютона были проблемы с распределением внимания - он пытался наблюдать за Беллой и мной.
- Надеюсь, у него ничего не получится, - подумал Майк, кисло наблюдая, за мной. Хмм… интересно. Я и не представлял себе, что парень будет питать ко мне какую-либо враждебность. Это было новым обстоятельством, столь же новым, как и появление этой девушки. И самым интересным было то, к моему удивлению, что это чувство было взаимным.
Я вновь взглянул на девушку, озадаченный величиной опустошения и потрясения охватившего меня, оттого что, несмотря на свою обыкновенность, не примечательную наружность, она портила мне жизнь.
Не то чтобы я не понимал, к чему клонил Майк. Она на самом деле была довольно симпатичной… по-своему. Лучше чем быть просто красивой, ее лицо было интересным. Не совсем симметричное - ее узкий подбородок не сопоставлялся с широкими скулами; крайне противоположное по цвету - ее кожа и волосы контрастировали, как белое и черное; а еще глаза, полные молчаливых секретов…
Меня вдруг пробрало от этих глаз.
Я уставился на нее, пытаясь угадать хотя бы один из этих секретов.
- Ты носишь линзы? - внезапно спросила она.
Какой странный вопрос.
- Нет. - Я едва не улыбнулся от идеи улучшить моё зрение.
-О, - промямлила она. - Я думала, что твои глаза другого цвета.
Мне вдруг вновь стало холоднее, так как я понял, что был, очевидно, не единственным, кто пытался сегодня разгадать секреты.
Я пожал одеревеневшими плечами и пристально посмотрел прямо перед собой туда, где учитель наматывал круги по классу.
Конечно, мои глаза изменились с того момента, как она впервые в них посмотрела. Готовясь к сегодняшнему испытанию, сегодняшнему искушению, я всю неделю охотился, насыщая свою жажду так сильно, как это возможно, превысив всякую норму. Я в избытке напился кровью животных, впрочем, большие перемены в лице были вызваны дурманящим ароматом, который держался в воздухе вокруг нее. Когда я смотрел на нее в прошлый раз, мои глаза были черны от жажды. Теперь же, в моем теле расплылась кровь, мои глаза были теплого золотистого оттенка. Светло-янтарные от моих чрезмерных стараний утолить жажду.
Очередной промах. Если б я знал, что она имела в виду этим вопросом, я мог бы просто сказать "да".
Я учился в этой школе с людьми уже два года, и она была первой, кто смотрел на меня настолько близко, чтобы заметить, что мои глаза меняют цвет. Остальные, хотя и восхищались красотой моей семьи, имели склонность быстро опускать глаза, когда мы возвращали им их взгляды. Они избегали нас, пропуская детали нашей внешности, инстинктивно пытаясь не понимать. Неведение было блаженством для человеческого ума.
Почему же именно эта девушка замечала слишком много?
Мистер Бэннер подошел к нашей парте. Я признательно вздохнул поток свежего воздуха, который он с собой принес, до того, как он смешался с ее запахом.
- Итак, Эдвард, - сказал он, просматривая наши ответы, - ты не подумал дать Изабелле шанс поработать с микроскопом?.
- Белле, - я поправил его рефлекторно. - Вообще-то она определила три фазы из пяти.
Мысли мистера Бэннера были скептическими, в то время как он перевел взгляд на девушку.
- Ты уже делала эту лабораторную?
Я увлеченно смотрел, когда она улыбнулась, выглядя слегка смущенной.
- Но не на луковом корне.
-На сиговой бластуле?" - спросил мистер Бэннер.
- Да.
Это удивило его. Сегодняшняя лабораторная была взята из повышенного курса. Он задумчиво кивнул девушке.
- Вы проходили это по программе в Финиксе?
- Да.
Теперь она расправили плечи – сообразительная для человека. Это не удивило меня.
- Хорошо, - сказал мистер Бэннер, поджав губы. - Думаю, это хорошо, что вы делали лабораторную вместе.
Он развернулся и ушел, пробормотав сквозь вздох:
- Так остальные дети могут получить шанс выучить что-нибудь новое для себя.
Я сомневался, что девушка сумела это расслышать. Она опять начала выводить каракули на папке.
Два промаха за полчаса - это слишком. Очень скверный показатель с моей стороны. Хотя я и понятия не имел о том, что девушка думала обо мне: как сильно меня боялась, как сильно не доверяла - я знал, что мне необходимо предпринять еще одну попытку для того, чтобы у нее сложилось обо мне новое впечатление. Как-нибудь лучше обрисовать воспоминание о нашем прошлом свирепом столкновении.
- Паршиво, что пошел снег, не так ли? - я сказал, повторяя небольшой разговор, который уже слышал дюжину раз среди других учеников. Скучная, банальная тема для беседы. Погода - вечное спасение.
Она посмотрела на меня с явным недоверием в глазах - ненормальная реакция на мои довольно-таки обычные слова.
- Не совсем, - сказала она, вновь меня удивив.
Я попытался направить разговор обратно в банальном русле. Она была из более солнечного, теплого места, это как-то отражалось на ее коже, хотя и слабо, а от холода ей, скорее всего, не по себе. Мое ледяное прикосновение, безусловно, было…
- Тебе не нравится холод, - догадался я.
- И сырость тоже, - подтвердила она.
- Тебе, наверное, нелегко живется в Форксе? - Может, тебе и не следовало сюда приезжать - хотел я добавить. Может, тебе лучше вернуться туда, откуда ты пришла.
Хотя я не был уверен, что хотел этого. Я всегда буду помнить запах ее крови - разве была какая-нибудь гарантия, что я, в конечном счете, не последую за ней? Кроме того, если она уедет, ее разум навсегда останется для меня загадкой. Извечной раздражающей головоломкой.
- Ты и понятия не имеешь, как, - она сказала шепотом, сердито взглянув на меня на мгновение.
Ее ответы никогда не совпадали с тем, что я ожидал услышать. От них мне хотелось задавать еще больше вопросов.
- Ну и зачем тогда ты приехала? - потребовал я ответа, тотчас же поняв, что мой тон был обвиняющим, что недостаточно нормально для беседы. Вопрос прозвучал грубо, с излишним любопытством.
- Это…сложно.
Она прищурила свои широкие глаза, и оставила их в таком положении - я был близок к тому, чтобы взорваться от любопытства - любопытство было таким же обжигающим, как и жажда. Как ни странно, я осознал, что дышать стало легче; мука становилась все терпимее с течением нашего разговора.
- Думаю, что сумею понять, - настоял я. Возможно, простая вежливость позволила бы ей и дальше отвечать на мои вопросы, если бы не та грубость с которой я их задавал.
Она молча смотрела на руки. Мне стало невыносимо от этого - я хотел схватить ее за подбородок, и повернуть ее голову так, чтобы я смог все прочесть в ее глазах. Но это будет безрассудно с моей стороны, опасно, прикоснуться к ее коже вновь.
Вдруг она подняла глаза. Меня утешило то, что я вновь мог видеть эмоции в её глазах. Она говорила стремительно, в спешке проговаривая слова:
- Мама снова вышла замуж.
А, это было довольно по-человечески, легко понять. В ее ясных глазах промелькнула грусть, от которой на переносице вновь возникла складка.
- Ну, не так уж и сложно, - сказал я. Мой голос был крайне вежливым, но без фальши. От ее грусти я почувствовал себя странно беспомощно, желая сделать что-нибудь, чтобы ей стало лучше. Необычный порыв.
- Когда это произошло?
- В прошлом сентябре.
Она тяжело выдохнула – почти что с тоской. Я перестал дышать, в то время как ее теплый вздох коснулся моего лица.
- И он тебе не нравится, - догадался я, выпытывая все больше информации.
- Нет, Фил хороший, - сказала она, поправляя мое предположение. Сейчас вокруг уголков ее полных губ был заметен намек на улыбку. - Быть может, слишком молодой, но довольно-таки милый.
Это не соответствовало сценарию, который я уже обдумал у себя в голове.
- Почему ты не осталась с ними? - я спросил, мой голос слегка пытлив не в меру. Это звучало так, будто надоедал ей. Надо сказать, так и было.
- Фил много путешествует. Он бейсболист. - Легкая улыбка стала больше после последних слов - выбор подобной профессии забавлял ее.
Я тоже не заметно для себя улыбнулся. Я не пытался тем самым утешить ее. Просто, честно говоря, от ее улыбки мне захотелось улыбнуться в ответ.
- Я слышал о нем? - Я мысленно пробежался по списку всех известных мне бейсболистов, сомневаясь, что Фил был в нем…
- Скорее всего, нет. Он не очень-то хороший игрок. - Очередная улыбка. - Во второй лиге. Он часто переезжает.
Списки в моей голове тотчас же сменились, и я составил перечень всех возможностей меньше чем за секунду. В то же самое время я представлял себе новый сценарий.
- А твоя мама отослала тебя сюда, чтобы самой путешествовать вместе с ним, - сказал я.
Казалось, что, делая предположения, я мог выудить у нее больше информации, чем, если б задавал ей вопросы. Это опять сработало. Ее подбородок выдвинулся вперед, а выражение ее лица внезапно стало решительным.
- Нет, она меня не отправляла сюда, - сказала она, ее голос прозвучал по-новому, резко. Моя догадка расстроила ее, хотя я и не понял каким образом. - Я сама себя отправила.
Я и не догадывался, что она имела в виду, или в чем заключалось ее негодование. Я был совершенно растерян.
Итак, я уступил. И дело было не только в восприятии девушки. Она не была такой, как остальные люди. Быть может, молчание ее мыслей и аромат были не единственными ее отличительными чертами.
- Я не понимаю, - сознался я, чувствуя сильную досаду от проигрыша.
Она вздохнула взглянула в мои глаза смотрела в них дольше, чем большинство людей могли выдержать.
- Поначалу она оставалась со мной, но скучала по нему, - медленно объяснила она, ее тон становился несчастнее с каждым словом. - Это расстраивало ее… так что я решила, что пришло время перебраться к Чарли.
Маленькая складка у нее между глаз стала глубже.
- Но теперь несчастна ты, - прошептал я.
Казалось, я не мог перестать выдвигать свои догадки вслух, надеясь узнать ее реакцию. Только это, как бы там ни было, видимо, не так далеко от истины.
- Ну и что? - сказала она, как если б это обстоятельство не имело ни малейшего значения.
Я продолжал смотреть в её глаза, чувствуя, что, в конце концов, смог добиться первого настоящего проблеска в ее душе. Я увидел в одном этом слове, как она сопоставляла себя среди своих же собственных приоритетов. В отличие от большинства людей, ее собственные потребности были на втором плане.
Она была самоотверженной.
Когда я увидел это, тайна человека, прятавшаяся в глубине этого безмолвного разума, начала потихоньку рассеиваться.
- Это несправедливо, - сказал я. Я пожал плечами, пытаясь казаться несерьезным и скрыть то, насколько мне было интересно.
Она засмеялась, но смех не звучал весело.
- Тебе никто не говорил? Жизнь вообще несправедлива.
Мне хотелось рассмеяться над ее словами, хотя мне тоже не было по-настоящему весело. Я знал кое-что о несправедливости жизни.
- Кажется, я уже слышал что-то такое.
Она посмотрела на меня, вновь выглядя смущенной. Ее глаза сверкнули в сторону, а затем вновь вернулись к моим.
- Конец истории, - сказала она мне.
Но я не был готов закончить разговор. Небольшая "V" между ее глаз, след от ее печали, беспокоила меня. Я хотел разгладить ее кончиком своего пальца. Но я, конечно, не мог к ней прикоснуться. Это было опасно по многим причинам.
- Ты хорошо держишься. – Сказал я медленно, однако сосредоточился на следующем предположении. - Но я могу поспорить, что ты страдаешь больше, чем хочешь показать.
Она скорчила лицо, ее глаза сузились, и губы надулись. Она отвернулась и посмотрела перед собой. Ей не понравилось, что моя догадка оказалась верна. Она не была обычной мученицей - ей не хотелось говорить о своей боли.
- Я не прав?
Она слегка вздрогнула, но сделала вид, что не расслышала меня.
Это вызвало у меня улыбку.
- Мне так не кажется.
- Ну а тебе-то какая разница? - возмутилась она, все еще глядя в другую сторону.
- Очень хороший вопрос, - согласился я, скорее обращаясь к себе, чем отвечая ей.
Она была проницательнее меня: она видела саму суть вещей, в то время как я путался где-то в стороне, слепо раскручивая клубок. Мелочи ее очень человечной жизни не должны для меня ничего значить. Было неправильно с моей стороны заботиться о том, что она думала. Кроме защиты моей семьи от подозрений, в остальном человеческие мысли были несущественны.
В разговоре с кем-то я не привык быть менее проницательным. Я чересчур полагался на свой экстра-слух - но, очевидно, был не так восприимчив, как считал.
Девушка вздохнула и устремила сердитый взгляд в пространство. Что-то в ее разочарованном выражении лица было забавным. Ситуация в целом, весь разговор были забавными. Никому еще не угрожала такая опасность от меня, как этой хрупкой девушке - в любой момент я мог, сбитый с толку своей нелепой поглощенностью разговором, вздохнуть через нос и наброситься на неё, не успев себя остановить - а она была раздражена тем, что я не ответил на ее вопрос.
- Я тебе раздражаю? - спросил я, улыбаясь абсурдности всего этого.
Она быстро на меня взглянула, а затем ее глаза, казалось, попали в плен моего пристального взгляда.
- Не совсем, - сказала она мне. - Я больше на себя злюсь. По моему лицу все так легко читается, меня мама всегда называет своей открытой книгой.
Она раздосадовано нахмурилась.
Я смотрел на нее с изумлением. Причина, по которой она расстроилась, заключалась в том, что она думала, будто бы я вижу ее насквозь. Как странно. Я никогда не прилагал так много усилий, чтобы понять кого-то, за всю свою жизнь, или точнее существование, поскольку слово "жизнь" вряд ли подходит. У меня не было настоящей жизни.
- Напротив, - не согласился я, испытывая странные чувства… осторожно, как будто здесь была какая-то скрытая угроза, которую мне недоставало увидеть. Внезапно я оказался на грани, у меня было тревожное предчувствие. - Я считаю, что тебя очень трудно прочесть.
- Ну, тогда ты, должно быть, хорошо умеешь это делать, - догадалась она, сделав собственное предположение, которым вновь попала в точку.
- Обычно, да, - согласился я.
После чего широко ей улыбнулся, позволяя губам, растянутся, показав тем самым ряды ровных, острых как бритва, зубов.
Это было глупо, но мне резко, неожиданно отчаянно захотелось предостеречь девушку каким-либо образом. Ее тело было сейчас ближе ко мне, чем до этого, бессознательно передвинувшись по ходу беседы. Все слабые сигналы и знаки, которых было достаточно, чтобы запугать до конца жизни, на нее, кажется, не действовали. Почему она не сжимается от страха из-за меня? Несомненно, она видела меня с достаточно темной стороны, чтобы распознать опасность на уровне интуиции, которой она, видимо, обладала.
Прoкoммeнтировaть
RE: Сумерки 5 книга вся mirabola1996081 16:40:35
Последний урок в школе почти кончился. Я решил привести мой план в исполнение немедленно. В конце концов, это лучше, чем сидеть здесь, на автостоянке, когда она в любой момент может пройти мимо и разрушить сою попытку в зародыше. Я снова почувствовал непроизвольную ненависть к девочке. Я злился, что она имеет подсознательную власть надо мной. Что она может заставить меня стать тем, кем я не хотел становиться.
Я направился быстро – даже слишком быстро, но вокруг не было никаких свидетелей – к административному корпусу. Нельзя оставлять ни одной возможности случайной встречи с Беллой Свон. Теперь я буду избегать ее как чумы.
Административный корпус был пуст, исключая ту самую администраторшу, которую я хотел видеть.
Она не заметила, как я тихо вошел.
- Миссис Коуп?
Женщина с неестественно рыжими волосами взглянула на меня, и ее глаза распахнулись. Мы всегда застигали их врасплох; небольшой трюк, который они никак не могли понять вне зависимости от того, сколько раз до этого они нас уже видели.
- О, - она открыла рот, слегка взволнованная. Она разгладила складки на блузке Дурочка, – подумала она, - он годится тебе в сыновья. Он слишком молод, чтобы думать о… - Привет, Эдвард. Чем могу помочь? – Ее ресницы затрепетали под толстыми стеклами очков.
Неудобно. Но я знал, насколько очаровывающим я могу быть, когда хочу. Это было просто с тех пор, как я осознал, как каждый жест и интонация могут влиять на других.
Я наклонился вперед, встретил пристальный взгляд ее маленьких карих глаз. Ее мысли уже рассыпались. Это будет легко.
- Я надеюсь, вы поможете мне с моим расписанием, - сказал я мягким голосом, заготовленным заранее.
Я услышал, как ее сердце забилось быстрее.
- Конечно, Эдвард. В чем проблема? – Слишком молод, слишком молод, - убеждала она себя. Неправда, конечно. Я был старше ее дедушки. Но, учитывая то, что было написано у меня в водительских правах, она не так уж и ошибалась.
- Я хотел бы узнать, можно ли мне поменять биологию на какой-нибудь другой предмет. Физику, например.
- Какие-то проблемы с мистером Беннером, Эдвард?
- Нет, все нормально, просто я уже изучал этот материал.
- В той школе с ускоренной программой обучения на Аляске, где вы все раньше учились, правильно? – ее тонкие губы сморщились, когда она произнесла это. Они все должны уже учиться в колледже. Я слышала, как учителя жалуются. Они всегда все знают, никогда не раздумывают над ответом, ни одной ошибки на тестах – словно они знают способ списывать на каждом предмете. Мистер Варнер скорее поверит, что кто-то жульничает, чем признает, что школьник может быть умнее него. А я готова поспорить, что с ними дома занимается мать. – Вообще-то, Эдвард, на физике слишком много учеников. А мистер Беннер не любит, когда в классе больше двадцати пяти человек.
- Я не доставлю никаких хлопот.
Конечно, нет. Только не совершенный во всех отношениях Каллен.
- Я знаю, Эдвард. Но там просто не хватит места.
- Можно тогда я просто буду пропускать занятия? А свободное время посвящу самостоятельным занятиям.
- Пропускать биологию? – у нее отвисла челюсть. Он спятил. Неужели просто нельзя посидеть на уроке, даже если все знаешь? Иначе проблемы с мистером Беннером возникнут. И наверняка с Бобом должна буду поговорить именно я? – Но тогда у тебя не будет достаточно предметов в табеле, чтобы поступить в колледж.
- Я наверстаю в следующем году.
- Может, тебе следует обсудить это с родителями?
Сзади меня открылась дверь, но вошедший не думал обо мне, поэтому я не обратил на него
внимания и сосредоточился на миссис Коуп. Я наклонился еще ближе и чуть шире распахнул глаза. Это сработало бы лучше, если бы они были золотистыми, а не черными. Черные глаза пугают людей.
- Пожалуйста, миссис Коуп, - я сделал мой голос настолько вкрадчивым и настойчивым, насколько это было вообще возможно - и он стал ну очень настойчивым. – Разве нельзя меня куда-нибудь перевести? Я уверен, что где-нибудь есть место. Шестой урок биологии не может быть единственной возможностью.
Я улыбнулся ей, следя за тем, чтобы не слишком оскалить зубы и напугать ее, и позволил улыбке смягчить выражение моего лица.
- Ну, может, я смогу поговорить с Бобом… то есть, я хотела сказать, с мистером Беннером…
Понадобилась всего одна секунда, чтобы вдруг все вокруг изменилось: атмосфера в комнате, моя цель, причина, по которой я наклонился к рыжеволосой женщине. Все, что раньше выполнялось ради достижения одной цели, теперь делалось ради другой.
Всего секунда понадобилась Саманте Уэллз, чтобы открыть дверь, бросить какую-то бумагу в ящик у двери и торопливо уйти. Всего секунда понадобилась, чтобы поток ветра от открытой двери достиг меня. Всего секунда понадобилась мне, чтобы понять, почему тот, кто вошел тогда, не отвлек меня своими мыслями.
Я обернулся, хотя уже знал, что я прав. Я обернулся медленно, борясь с восставшими против меня мышцами.
Белла Свон стояла, прижавшись к стене возле двери, и сжимала в руках лист бумаги. Глаза у нее стали еще шире, чем обычно, когда она попала под мой свирепый жестокий взгляд.
Аромат ее крови заполнил каждый уголок крохотной жаркой комнаты. В моем горле вспыхнул огонь.
Монстр во мне снова отразился в зеркале ее глаз, чудовищная маска зла.
Моя рука замерла над стойкой администратора. Мне не надо было оглядываться назад, чтобы схватить миссис Коуп за голову и ударить о поверхность стола с силой, достаточной, чтобы убить ее. Две жертвы лучше, чем двадцать.
Чудовище с тревогой, с жадностью ожидало, когда я это сделаю.
Но у меня был выбор. Он есть всегда.
Я остановил мои легкие и сосредоточился на лице Карлайла перед моими глазами. Я повернулся обратно к миссис Коуп, почувствовав, как она мысленно удивилась столь резкой смене моего настроения. Она рефлекторно отодвинулась подальше от меня, но ее еще страх не облекся в физическое выражение.
Держа ситуацию под контролем, как я научился за десятилетия упорных тренировок, я сделал мой голос ровным и гладким. В моих легких оставалось достаточно воздуха, чтобы произнести целую фразу. - Что же, ничего не поделаешь! Пусть все останется, как есть! Простите, что отнял у вас столько времени.
Я развернулся и бросился прочь из комнаты, стараясь не обращать внимания на жаркую кровь девочки, от тела которой я прошел на расстоянии всего несколько дюймов. Я не останавливался, пока не оказался в безопасности в своей машине. Я двигался быстрее, чем следовало бы. Но большая часть школьников уже покинуло школу, так что у меня в любом случае не могло быть много свидетелей.
Я понял, что второклассник, Ди Джей Гаррет, видел меня, но не он обратил внимания.
Откуда Каллен только взялся – как будто из воздуха появился... Ох уж это мое воображение. Мама всегда говорила…
Когда я нырнул в «Вольво», остальные уже сидели там. Я пытался контролировать мое дыхание, но задыхался на свежем воздухе, как будто меня душили.
- Эдвард? – спросила Элис с тревогой в голосе.
Я покачал головой.
- Что с тобой, черт возьми, случилось? – требовательно спросил Эмметт, отвлекшись на секунду от мысли, что Джаспер был не в настроении для того, чтобы дать ему реванш за вчерашнее.
Вместо ответа я включил зажигание. Мне нужно было убраться отсюда подальше прежде, чем
Белла Свон последует за мной на автостоянку. Как демон, преследующий меня… Я развернулся и вжал педаль газа в пол. Я достиг скорости в сорок миль в час прежде, чем выехал на дорогу, и свыше семидесяти, когда завернул за угол.
Даже не оборачиваясь, я знал, что Эмметт, Розали и Джаспер смотрят на Элис. Она пожала плечами. Она же не могла видеть прошлое - только будущее.
Она посмотрела на меня. Мы оба анализировали то, что она видела в будущем, и мы оба удивились тому, что увидели.
- Ты уезжаешь? – прошептала она.
Остальные снова уставились на меня.
- Разве? – прошипел я сквозь зубы.
Затем она увидела, как я заколебался, и мое будущее изменилось в худшую сторону.
- Ох.
Белла Свон, мертвая. Мои глаза, жаждущие свежей крови. Охота на нас. Долгое время, когда мы вынуждены скрываться, прежде чем предоставляется возможность уехать и начать все снова.
Картинка стала более конкретной. Я впервые увидел дом Чарли Свона изнутри, Беллу на маленькой кухне с желтыми шкафами. Она стояла спиной ко мне, пока я подкрадывался сзади… Я позволил ее аромату заполнить меня…
- Хватит! - простонал я, не способный вынести большее.
- Прости, - шепнула она, распахнув глаза.
Чудовище ликовало.
И видение снова сменилось. Пустое шоссе ночью, деревья в снегу, вспыхивающем в свете фар автомобиля, мчащегося со скоростью почти двести миль в час.
- Я буду скучать, - сказала она, - независимо от того, как быстро ты сможешь присоединиться к нам.
Розали и Эмметт обменялись тревожными взглядами.
Мы почти доехали до поворота к дому.
- Высади нас здесь, - велела Элис. - Ты должен сам сказать Карлайлу.
Я кивнул, и тормоза автомобиля взвизгнули.
Эммет, Розали и Джаспер вышли молча. Они заставят Элис все объяснить им, когда я уйду. Элис коснулась моего плеча.
- Ты сделаешь правильный выбор, - пробормотала она. Это было уже не видение, а приказ. – Она ведь единственная, кто есть у Чарли Свона. Ты убьешь и его тоже.
- Да, - сказал я, соглашаясь с последней частью. Ее брови сошлись вместе, показывая ее беспокойство, и она скользнула к остальным. Они все растаяли в лесу прежде, чем я развернул автомобиль.
Я повернул назад к городу и знал, что теперь темные и светлые видения Элис будут сменять друг друга, как будто кто-то щелкает выключателем. Я точно не представлял себе, зачем я еду в Форкс со скоростью в девяносто миль в час. Попрощаться с отцом? Или выпустить на свободу монстра? А гравий все шуршал под моими колесами...

Глава вторая
Открытая книга

Я откинулся в сугроб, от чего сухой снег под моим весом принял новую форму. Моя кожа была так же прохладна, как и воздух вокруг, и крошечные частички льда под ней казались бархатом.
Небо надо мной было ясным, оно искрилось от звезд, некоторые из которых сверкали синим, другие желтым. Звезды выглядели величественно, образовывая водоворот образов в черном космосе - необыкновенное зрелище. Исключительная красота. Или точнее должна быть исключительной. Должна, если б я был способен по-настоящему ее увидеть.
Лучше не становилось. Прошло шесть дней, шесть дней я прятался здесь в необитаемой пустыне Денали, но я не стал ближе к той свободе, которой обладал, с тех пор как в первый раз почувствовал ее запах.
Когда я посмотрел наверх, на небо, будто бы украшенное драгоценными камнями, показалось, что есть препятствие между моими глазами и этой красотой. Препятствием было лицо, простое, ничем непримечательное человеческое лицо, но я не мог выкинуть его из своей головы.
Я услышал приближение мыслей еще до того как услышал шаги, сопровождавшие их. Звук передвижения был лишь слабым шелестом по мягкому снегу.
Я не был удивлен тем, что Таня последовала за мной сюда. Я знал, что она обдумывала эту беседу последние несколько дней, откладывая ее до тех пор, пока не будет уверена в том, что именно хочет сказать.
Она появилась в поле зрения на расстоянии 60 ярдов, прыгнув на склон выходящей на поверхность черной скалы и балансируя там босыми ногами.
Кожа Тани была серебристой в звездном свете, и ее длинные светлые кудри тускло сияли, приняв почти розовый с клубничным оттенком цвет. Ее янтарные глаза сверкнули, когда она заметила меня, наполовину погребенного в снег, и ее полные губы медленно растянулись в улыбке.
Исключительная. Если б я был по-настоящему способен видеть ее. Я вздохнул.
Она склонилась к острому выступу камня, кончики ее пальцев касались скалы, ее тело изящно изгибалась.
- Пушечное ядро, - подумала она.
Она взметнулась в воздух, ее силуэт стал темным, сливаясь с тенью, в то время как она изящно крутилась между мной и звездами. Она приняла форму кольца, когда врезалась в занесенный сугроб за мной.
Вокруг меня образовалась снежная буря. Звезды стали черными, и я был глубоко погребен под легкими ледяными кристаллами.
Я вновь вздохнул, но не сделал ничего, чтобы избавиться от погребшего меня снега. Темнота под снегом не препятствовала и не улучшала осмотр. Я все еще видел тоже лицо.
- Эдвард?
Затем снег вновь полетел во все стороны, так как Таня быстро откапывала меня. Она очистила мое неподвижное лицо от снега, не встречаясь со мной взглядом.
- Прости, - прошептала она. - Я просто пошутила.
- Я знаю. Было забавно.
Ее рот искривился.
- Ирина и Кэйт сказали, что мне следует оставить тебя одного. Они считают, что я докучаю тебе.
- Вовсе нет, - уверил я ее. - Напротив, это только я веду себя грубо - отвратительно грубо. Мне очень жаль.
- Ты собираешься домой, ведь так? - подумала она.
- Я...пока... не решил еще.
- Но ты здесь не останешься. - Ее мысль звучала тоскливо, печально.
- Нет. Не похоже на то, что бы это... помогало.
Она сделала гримасу.
- Это из-за меня, разве нет?
- Конечно, нет, - из вежливости солгал я.
- Не будь джентльменом.
Я улыбнулся.
- Я причиняю тебе неудобства, - виновато сказала она.
- Нет.
Она подняла одну бровь, выражение ее лица было таким недоверчивым, что я засмеялся. Один короткий смешок последовал с очередным вздохом.
- Ну, хорошо, - признался я. - Чуть-чуть.
Она тоже вздохнула и положила подбородок на руки. В её мыслях было разочарование.
- Ты в тысячу раз прелестнее звезд, Таня. Конечно, ты уже хорошо в этом осведомлена. Не позволяй моей неуступчивости подрывать свою уверенность. – Мне стало смешно оттого, как неправдоподобно это звучало.
- Я не привыкла к отказам, - проворчала она, и её губы красиво надулись от досады.
- Конечно, нет, - согласился я, пытаясь с небольшим успехом блокировать ее мысли, когда она анализировала воспоминания о тысячах своих успешных покорений. Обычно Таня предпочитала человеческих мужчин – с одной стороны, их было намного больше, и их преимущество в том, что они были мягкими и теплыми. И они всегда, безусловно, желали ее.
- Суккуб, - поддразнил я, надеясь прервать поток картинок, вспыхивающих у нее в голове.
Она усмехнулась, сверкнув зубами.
- Самый настоящий.
В отличие от Карлайла, Таня и ее сестры постепенно раскрывали в себе свою совесть. В конце концов, любовь к мужчинам заставила сестер больше не убивать. Теперь мужчины, которых они любили… оставались в живых.
- Когда ты здесь появился, - медленно произнесла Таня. - Я подумала, что…
Я знал, о чем она подумала. И я должен был догадаться, что она будет чувствовать. Но в тот момент я не был в состоянии аналитически мыслить.
- Ты подумала, что я изменил свое мнение.
- Да. - Она нахмурилась.
- Я ужасно себя чувствую оттого, что играю с твоими ожиданиями, Таня. Я не хотел - я не подумал. Это все потому, что я уехал… в спешке.
- Может, ты мне скажешь почему?
Я сел и обхватил ноги руками, приняв оборонительную позу.
-Я не хочу об этом говорить.
Таня, Ирина и Кэйт очень хорошо справлялись с жизнью, которой были привержены. В чем-то даже лучше Карлайла. Несмотря на безумную близость, они признавали для себя, кто должен быть - и был когда-то - их жертвой, они не совершали ошибок. Мне было бы слишком стыдно сознаться Тане в своей слабости.
- Проблемы с женщинами? - угадала она, игнорируя мое нежелание.
Я холодно усмехнулся.
- Не то о чем ты подумала.
Затем она утихла. Я слушал ее мысли, в то время как она делала разнообразные догадки, пытаясь разобраться в значении моих слов.
- Очень холодно, - сказал я ей.
- Одну подсказку? - попросила она.
- Пожалуйста, брось это, Таня.
Она вновь замолчала, все еще размышляя. Я игнорировал ее, тщетно пытаясь любоваться звездами.
Она сдалась после мгновенья тишины, и ее мысли последовали в другом направлении.
- Куда же ты пойдешь, Эдвард, когда уедешь? Обратно к Карлайлу?
- Не думаю, - прошептал я.
Куда я пойду? Я не мог думать ни об одном месте на всей планете, которое могло бы меня заинтересовать. Не было ничего, что я бы хотел увидеть или сделать. Потому что, куда бы я не пошел, это будет не от того, что я туда собирался - я просто убегаю от...
Как же я это ненавидел. Когда же я стал таким трусом?
Таня взметнула свою тонкую руку и положила её на мои плечи. Я напрягся, но не отклонился от ее прикосновения. Она не имела в виду ничего, кроме дружеского утешения. По большому счету.
- Я думаю, что ты поедешь обратно, - сказала она, в ее голосе сохранился лишь намек на ее давно забытый русский акцент. - Неважно, что это… или кто это…это преследует тебя. Ты встретишься с этим лицом к лицу. Ты такой.
Ее мысли были такими же уверенными, как и ее слова. Я старался разглядеть свой образ, который был у нее в голове. Единственный, кто никогда ничего не избегал. Было приятно вновь о себе так думать. Я никогда не сомневался в своей смелости, способности сталкиваться с трудностями, до того недавнего ужасного часа в старшей школе на уроке биологии.
Я поцеловал ее в щеку, мягко отстранившись, когда она повернула свое лицо к моему, ее губы уже вытянулись. Она уныло улыбнулась моей стремительности.
- Спасибо, Таня. Мне нужно было это услышать.
Ее мысли заполнились раздражением.
- Ну, пожалуйста. Мне бы хотелось, чтобы ты был более сносным, Эдвард.
- Прости, Таня. Ты же знаешь, что слишком хороша для меня. Я просто… не нашел еще то, что ищу.
- Хорошо, если ты уедешь прежде, чем я тебя вновь увижу… пока, Эдвард.
- Пока, Таня. - В то время как я говорил эти слова, я мог это видеть. Я смог увидеть себя уходящим. Достаточно сильный для того, чтобы вернуться в то единственное место, где я хотел быть. - Еще раз спасибо.
Она поднялась на ноги одним ловким движением, а спустя секунду уже убегала, двигаясь как призрак по снегу так быстро, что ее ноги не успевали погружаться в него; она не оставила ни следа за собой. Она не оглянулась. Мой отказ беспокоил ее сильнее, чем она показывала раньше, даже в мыслях. Она не хотела видеть меня опять вплоть до моего отъезда.
Мой рот огорченно искривился. Мне не нравилось обижать Таню, хотя ее чувства были неглубокими, вряд ли непорочными, и, как бы там ни было, я не мог на них ответить. От чего я все еще не чувствовал себя джентльменом.
Я опустил свой подбородок на колени и вновь устремил взгляд на звезды, но почувствовал неожиданную тревогу за предстоящую дорогу. Я знал, что Элис увидит меня, на пути к дому, так что она сообщит остальным. Это их обрадует - особенно Карлайла и Эсми. Но я пристально взглянул на звезды еще раз, пытаясь увидеть его сквозь лицо, что все так же оставалось перед глазами. Между мной и сверкающими огоньками в небе пара растерянных шоколадного цвета глаз смотрели на меня, и казалось, что они спрашивали, что будет означать это решение для нее. Конечно, я не мог быть уверен, что ее любознательные глаза именно это спрашивали. Даже в моем воображении, я не мог слышать ее мыслей. Глаза Беллы Свон продолжали вопрошать, и полная видимость звезд продолжала ускользать от меня. С тяжелым вздохом я сдался и поднялся на ноги. Если я побегу, то доберусь до машины Карлайла менее чем за час…
Торопясь увидеть свою семью – спеша вновь быть Эдвардом, встречающим проблемы лицом к лицу - я помчался по освещенному звездами снежному полю, не оставляя следов.
- Все будет хорошо, - выдохнула Элис.
Ее глаза не были ни на чем сосредоточены, и Джаспер одной рукой слегка поддерживал ее за локоть, ведя вперед, в то время как мы шли в обветшалый кафетерий плотной группой. Розали и Эмметт были впереди, Эмметт выглядел нелепо, как телохранитель посреди вражеской территории. Роуз тоже казалась настороженной, но намного более рассерженной, нежели обороняющейся.
- Конечно, будет, - проворчал я.
Они вели себя глупо. Если бы я не был уверен, что смогу держать себя в руках, то остался бы дома.
Неожиданная перемена в нашем нормальном, хоть и наигранном, утре (ночью прошел снег) - Эмметт с Джаспером, воспользовавшись тем, что я отвлекся, атаковали меня снежками из подтаявшего снега. Когда им наскучило отсутствие реакции с моей стороны, они принялись друг за друга - учитывая эту преувеличенную бдительность, все это должно было бы меня забавлять, если б это так не раздражало.
- Ее здесь пока нет, но она идет… она не будет на ветру, если мы сядем там, где сидим обычно.
- Конечно, мы сядем там, где обычно. Хватит, Элис. Ты действуешь мне на нервы. Со мной все будет хорошо.
Она прищурила глаза, в то время как Джаспер помогал ей сесть, и наконец-то ее взгляд сфокусировались на моем лице.
- Хмм, - сказала она удивленно. - Я думаю, ты прав.
- Естественно, - пробормотал я.
Я ненавидел быть в центре их внимания. Внезапно я почувствовал симпатию к Джасперу, вспомнив, как мы когда-то вертелись возле него, пытаясь оградить. Он встретил мой быстрый взгляд коротко и усмехнулся.
- Раздражает, не так ли?
Я скорчил ему гримасу.
Неужели всего неделю назад это длинное серое помещение казалось мне столь убийственно скучным? А нахождение здесь было сродни оцепенению или даже как коме?
Сегодня мои нервы были туго натянуты, как струны пианино, которые от слабейшего давления, издают звуки. Все мои чувства были обострены до предела: я изучал каждый звук, каждый взгляд, каждое движение в воздухе, который касался моей кожи, каждую мысль. Особенно мысли. Было лишь одно чувство, которое я заблокировал, отвергнув его. Обоняние, конечно. Я не дышал.
Я ожидал услышать побольше о Калленах в мыслях, в которых рылся. Весь день я был в ожидании, ища каких-либо новых знакомых Беллы Свон, которым она могла бы довериться, пытаясь уловить след новой сплетни. Но ничего не было. Никто не обращал внимания на пятерых вампиров в кафетерии так же, как и до прихода новой девушки. Некоторые из людей здесь все еще думали о ней, думали все то же самое, что и неделю назад. Вместо того чтобы счесть это невыразимо скучным занятием, сейчас я был им зачарован.
Она никому ничего не сказала обо мне?
Нет никакой возможности, что она не заметила моего черного, убийственного взгляда. Я видел, как она отреагировала на это. Уверен, я напугал ее до безумия. Я был убежден, что она расскажет об этом кому-нибудь, может даже в чем-нибудь преувеличит, чтобы сделать историю чуточку лучше. Придав мне ещё несколько пугающих штрихов.
И потом, она также слышала, как я пытался отделаться от нашей совместной биологии. Она должна была поразиться этому, после того как видела мое выражение лица, во всяком случае, причиной тому была она. Нормальная девушка спрашивала бы повсюду, сравнивала бы свой случай с другими, в поисках простой причины, которая могла бы объяснить мое поведение, так чтобы она не чувствовала себя особенной. Люди иногда бывают безрассудны, чувствуя себя нормально, приспособившись. Смешаться со всеми остальными вокруг, как невыразительное стадо овец. Потребность в этом бывает чрезвычайно сильной на протяжении неуверенных юношеских лет. Девушка не была исключением из правила.
Но никто не обращал внимания на нас, сидящих здесь, за нашим обычным столом. Белла вероятно крайне скромна, если она ни с кем не поделилась. Возможно, она поговорила со своим отцом, может у них были весьма крепкие отношения… хотя, не похоже на это, учитывая тот факт, что она провела так мало времени с ним на протяжении всей своей жизни. Она должна быть ближе со своей матерью. Однако мне следует обратить внимание на шефа Свона в ближайшее время и послушать, о чем он думает.
- Что-нибудь новенькое? - спросил Джаспер.
- Ничего. Она… должно быть ничего не сказала.
От этой новости у них всех поднялись брови.
- Может ты не такой страшный, как думаешь?", - сказал Эмметт, хмыкнув. - Спорю, что смог бы напугать ее лучше, чем ты.
Я закатил глаза.
- Удивительно почему? - Он вновь ломал голову над моим открытием об уникальной скромности этой девушки.
- Мы же говорили об этом. Я не знаю.
- Она идет, - прошептала затем Элис. Я почувствовал, как мое тело стало неподвижным.
- Попытайся выглядеть как человек.
- Ты сказала человек? - спросил Эмметт.
Он выставил свой правый кулак, крутя пальцам, чтобы показать снежок, который он сохранил в ладони. Конечно, он там не растаял. Он спрессовал его в округлую ледяную глыбу. Его глаза были устремлены на Джаспера, но я видел направление его мыслей. И Элис тоже, естественно. Когда он резко метнул ледяную глыбу в нее, она отбросила ее небрежным взмахом руки. Лед срикошетил и пролетел по всей столовой, слишком быстро, чтобы глаза человека могли это заметить, и врезался с звонким треском в кирпичную стену. Стена тоже треснула.
Все головы в углу столовой повернулись, чтобы посмотреть на груду разбитого льда на полу, а затем завертелись в поисках виновного. Они стали выглядывать его за ближними столами. Никто не посмотрел на нас.
- Очень по-человечески, Эмметт, - сказала Розали злобно. - Почему бы тебе не пробить стену кулаком, раз ты уже сделал это?
- Всех больше впечатлит, если это сделаешь ты, крошка.
Я пытался уделять им внимание, сохраняя усмешку на лице, будто бы принимая участие в этой шутке. Я не позволял себе смотреть по направлению входа, где, я знал, стояла она. Но это было все, что я слушал.
Я мог слышать нетерпение Джессики к новенькой, которая к тому же выглядела рассеянной, неподвижно стоя у входа. Я увидел в мыслях Джессики, что к щекам Беллы Свон вновь прилила кровь, от чего они стали ярко розовыми.
Я сделал короткий неглубокий вздох, готовый к тому, чтобы избавиться от дыхания, если почувствую даже намек на ее запах в воздухе.
Майк Ньютон был с обеими девушками. Я слышал оба его голоса, внутренний и внешний, когда он спросил у Джессики, что такое с Свон. Мне не понравился ход его мыслей, вившихся вокруг нее, проблеск уже укоренившихся фантазий, затуманивших его разум, когда он смотрел, как она вздрогнула, подняла глаза, оторвавшись от раздумий, словно она забыла о его присутствии.
- Ничего, - я услышал, как Белла сказала это своим тихим, ясным голосом. Звук казался перезвоном колокольчиков среди болтовни кафетерия, но я знал, что причиной тому было то, что я слушал его слишком внимательно.
- Сегодня я возьму только содовую, - продолжала она, в то время как быстро шла вперед.
Я не смог удержаться и бросил быстрый взгляд в ее сторону. Она смотрела на пол, кровь медленно отходила от ее лица. Я мгновенно отвернулся к Эмметту, который смеялся сейчас над страдальческой улыбкой на моем лице.
- Ты плохо выглядишь, брат.
Я сменил выражение лица так, чтобы оно казалось смешным и естественным.
Джессика вслух удивилась отсутствию аппетита у девушки.
- Ты не голодна?
- Вообще-то я чувствую себя не очень хорошо. - Ее голос стал тише, но все ещё был ясным.
Почему это меня волнует - покровительственное­ участие, исходившее от мыслей Майка Ньютона? И какая разница, что это похоже на собственничество? Если Майк Ньютон и испытывает к ней излишнюю озабоченность, то это не мое дело. Возможно, на нее все так реагировали. Не хотел ли я сам инстинктивно защитить ее? До того как мне захотелось ее убить, да...
Но была ли девушка больна?
Прoкoммeнтировaть
RE: Сумерки 3-4книгу. mirabola1996081 16:29:09
конец 4 книги!!!!!!!!!!!!!!­!!!!!!!!!!!!!!
Прoкoммeнтировaть
RE: Сумерки 3-4книгу. mirabola1996081 16:28:24
<p>Бенджамин и Тиа тоже не стали медлить — им хотелось поскорее догнать Амона с Кеби и поделиться новостями. Я знала, что мы с ними еще увидимся — с ребятами точно, насчет старших не уверена. А кочевники засиживаться просто не умели. Питер и Шарлотта напоследок перекинулись парой слов с Джаспером, и все уехали.</p>
<p>Вновь обретшим друг друга «амазонкам» не терпелось вернуться домой — вдали от любимых джунглей они чувствовали себя неуютно, хотя, в отличие от некоторых, с удовольствием погостили бы.</p>
<p>— Привези как-нибудь девочку к нам повидаться, — попросила Зафрина. — А ты малышка, обещай, что приедешь.</p>
<p>Несси умоляюще прижалась ладонью к моей шее.</p>
<p>— Конечно, Зафрина, приедем!</p>
<p>— Будем с тобой самыми лучшими друзьями, Несси, — заверила на прощание дикарка, и сестры покинули нас.</p>
<p>Следом за ними засобирался ирландский клан.</p>
<p>— Ты просто молодец, Шивон! — похвалил Карлайл перед тем, как расстаться.</p>
<p>— А, ну да! Сила мысли, как же… — съехидничала ирландка. И тут же посерьезнела. — Ты ведь понимаешь, ничего еще не кончено. Вольтури не смирятся с позором.</p>
<p>Тут вмешался Эдвард.</p>
<p>— Они сейчас в смятении и уже не так свято верят в свою несокрушимость. Однако настанет день, когда они опомнятся. И тогда… — Он поглядел сурово. — Думаю, они попробуют перебить нас поодиночке.</p>
<p>— Элис предупредит, если Вольтури задумают новый поход, — с уверенностью возразила Шивон. — И мы соберемся вновь. Ведь наступит же время, когда наш мир сможет обойтись без их «услуг».</p>
<p>— Когда-нибудь, — согласился Карлайл. — И если оно наступит, мы встанем плечом к плечу.</p>
<p>— Конечно. И победа будет за нами, потому что я — я! — желаю именно так. — Ирландка раскатисто рассмеялась.</p>
<p>— Именно! — Карлайл обнялся с Шивон, пожал руку Лиаму. — Разыщите Алистера, расскажите ему новости. Не хочу, чтобы он еще лет десять скрывался где-нибудь под корягой.</p>
<p>Шивон снова залилась смехом, а Мэгги обняла нас с Несси. Ирландцы укатили.</p>
<p>Последними уезжали деналийцы — вместе с Гарретом, который, я не сомневалась, теперь всегда будет с ними. Тане и Кейт тяжело было участвовать во всеобщем веселье, когда еще свежи раны от потери сестры.</p>
<p>В итоге у нас остались только Науэль и Уйлин, не уехавшие, вопреки моему предположению, с амазонками. Карлайл увлеченно беседовал с Уйлин, а Науэль, сидя рядом с ней, слушал Эдварда, раскрывавшего нам известный только ему одному ход событий во время противостояния.</p>­
<p>— Элис подкинула Аро благовидный предлог, чтобы отступить с миром. Однако он ни за что бы не отошел от намеченного плана, если бы не испугался Беллу.</p>
<p>— Испугался? — не поверила я. — Меня?</p>
<p>Эдвард посмотрел на меня каким-то незнакомым взглядом — одновременно нежным, благоговейным и даже слегка сердитым.</p>
<p>— Ну когда ты наконец перестанешь себя недооценивать? — прошептал он и уже громче продолжил для всех остальных: — Вольтури двадцать пять сотен лет как отвыкли честно сражаться. И вообще сражаться с заведомо более сильным противником. С тех пор как у них появились Джейн и Алек, все их битвы — это расправа над безоружными.</p>
<p>Видели бы вы, что у них в голове творилось! Обычно, пока старейшины делают вид, что совещаются, Алек «вырубает» подсудимых, чтобы те не сбежали во время оглашения вердикта. А мы стоим себе, целехоньки, дожидаемся. К тому же нас больше, да еще и собственные таланты имеются, тогда как способности Вольтури перед Беллой оказались бессильны. Аро прекрасно понимал, что на этот раз благодаря усилиям Зафрины тыкаться вслепую придется им самим. Да, многие из нас погибли бы, однако и мы не остались бы в долгу. Расклад не в их пользу. Никогда Вольтури таких загадок не решали. И сегодня едва вывернулись.</p>
<p>— Конечно, поджилки затрясутся, когда кругом волки размером с мустанга! — Эмметт со смехом хлопнул Джейкоба по руке.</p>
<p>Джейкоб довольно ухмыльнулся в ответ.</p>
<p>— Волки же их первыми и остановили, — вспомнила я.</p>
<p>— А то! — кивнул Джейкоб.</p>
<p>— Именно, — подтвердил Эдвард. — Такого зрелища они тоже никогда не видели. Настоящие дети Луны бродят по одиночке, не сбиваясь в стаи, да и на месте редко стоят. Отряд из шестнадцати огромных волков — есть от чего опешить. Особенно Каю — у него перед вервольфами давний страх. Чуть не погиб в лапах одного такого несколько тысяч лет назад и до сих пор никак не оправится.</p>
<p>— То есть бывают настоящие оборотни-вервольфы?­ — удивилась я. — Полнолуние, серебряные пули и прочее в таком же роде?</p>
<p>— Настоящие! — фыркнул Джейкоб. — А я тогда какой, игрушечный?</p>
<p>— Ну, ты же понял!</p>
<p>— Полнолуние — да, — ответил Эдвард. — Серебряные пули — нет, это очередная сказка, чтобы люди не теряли надежду. На самом деле их осталось мало. Кай почти всех истребил.</p>
<p>— И ты даже не заикался…</p>
<p>— К слову не пришлось.</p>
<p>Элис со смехом подмигнула мне, высунувшись из-под руки Эдварда (он сидел, обнимая нас обеих за плечи).</p>
<p>Ответом ей был сердитый взгляд.</p>
<p>Конечно, я обожала Элис до безумия. Но теперь, убедившись, что она никуда не денется, а побег оказался всего лишь хитроумным маневром, чтобы Эдвард поверил в ее безвозвратное исчезновение, — я чувствовала закипающую обиду. Потрудись-ка объяснить, Элис.</p>
<p>Она вздохнула.</p>
<p>— Давай, Белла, выкладывай…</p>
<p>— Элис, как же ты могла?</p>
<p>— Так было нужно.</p>
<p>— Нужно?! — взорвалась я. — Ты заставила меня поверить, что мы все умрем! Я месяц ходила как живой труп.</p>
<p>— И это не исключалось, — спокойно ответила Элис. — Поэтому надо было хотя бы Несси попытаться спасти.</p>
<p>Я непроизвольно прижала спящую дочку покрепче к груди.</p>
<p>— Ты ведь видела, что есть и другие варианты! Что есть надежда! Тебе не приходило в голову мне все рассказать? Ладно, Эдвард, ему нельзя, потому что Аро узнает, но мне-то можно…</p>
<p>Элис окинула меня задумчивым взглядом.</p>
<p>— Вряд ли. Актриса из тебя никакая.</p>
<p>— Я талантом не вышла?</p>
<p>— Ох, Белла, сбавь на полтона… Ты хоть понимаешь, как сложно было все состыковать? Я даже Науэля наобум разыскивала, не уверенная до конца в его существовании. Шарила в поисках невидимки! Представь, каково это — гоняться за слепым пятном… Нелегкая, скажу тебе, работенка! Да еще и свидетелей по дороге перехватить и отправить к вам, а время поджимает. И глаза не закрывать ни на секунду, на случай если ты вдруг решишь кинуть мне весточку. Кстати, объясни на досуге, что там у тебя в Рио… А прежде следовало прощупать, какие фокусы у Вольтури на уме, и вам намекнуть, чтобы они вас врасплох не застали. Как, по-твоему, я должна была за пару часов отследить все варианты развития событий? А самое главное, не дать вам усомниться, что я слиняла, иначе Аро заподозрил бы припрятанные в рукаве козыри, и его не удалось бы загнать в ловушку. И если ты думаешь, что я не считала себя последней сволочью…</p>
<p>— Все, все, хватит! — перебила я. — Прости! Я понимаю, тебе тоже пришлось нелегко. Просто… ох, Элис, как же мне тебя не хватало! Не делай так больше…</p>
<p>Мелодичный смех Элис рассыпался по комнате, и мы заулыбались, радуясь, что снова его слышим.</p>
<p>— Мне тебя тоже не хватало. Так что не обижайся и довольствуйся скромной ролью героини дня.</p>
<p>Теперь расхохотались все остальные, а я смущенно зарылась лицом в волосы Несси.</p>
<p>Эдвард продолжил разбор сегодняшних полетов, еще раз подчеркнув, что именно мой щит заставил Вольтури позорно сбежать, поджав хвосты. Мне стало неловко оттого, как все на меня смотрят. Даже Эдвард. Как будто я за сегодняшнее утро вдруг выросла в их глазах до небес. Я, стараясь не ловить восхищенные взгляды, смотрела только на спящую Несси и на невозмутимого Джейкоба. Для него я всегда останусь просто Беллой, и это здорово!</p>
<p>Однако один из этих взглядов меня не то что смущал, а даже скорее тревожил.</p>
<p>Получеловеку-пол­увампиру Науэлю не с чего было проникаться ко мне уважением. Откуда он знает, может, я каждый день сражаюсь с полчищами вражеских вампиров и сегодняшнее противостояние для меня не подвиг? А он сидит и смотрит, глаз не сводит. Хотя, может, я ошибаюсь, и он смотрит на Несси. Тоже не легче.</p>
<p>Вряд ли он упустил из виду, что Несси — единственная среди ему подобных особа женского пола, не доводящаяся ему единокровной сестрой.</p>
<p>Джейкоб, похоже, еще не додумался. И, надеюсь, не скоро додумается. С меня на сегодня драк хватит…</p>
<p>Наконец вопросы к Эдварду иссякли, и от общего разговора все перешли к беседам между собой.</p>
<p>Я вдруг поняла, как устала. Нет, в сон меня, конечно, не клонило, но день выдался ужасно длинный. Хотелось покоя, чего-то привычного. Уложить Несси в колыбель, оказаться в родных стенах нашего крошечного домика.</p>
<p>Посмотрев на Эдварда, я внезапно почувствовала, что читаю его мысли. Ему сейчас нужно то же, что и мне. Отдохнуть.</p>
<p>— Отнесем Несси…</p>
<p>— Правильно! — согласился он и добавил, с улыбкой глядя на Джейкоба: — Наверняка вчера ночью не выспалась, такой храп стоял.</p>
<p>Тот ухмыльнулся и тут же зевнул.</p>
<p>— Сто лет не спал на кровати. Отец с ума сойдет от радости, что я в кои-то веки домой заскочил.</p>
<p>Я погладила его по щеке.</p>
<p>— Спасибо, Джейкоб!</p>
<p>— Всегда пожалуйста, Белла. Ну, ты и так знаешь.</p>
<p>Он встал, потянулся, поцеловал в макушку Несси, потом меня. Напоследок ткнул Эдварда кулаком в плечо.</p>
<p>— До завтра, ребята. Теперь, наверное, скукотища настанет?</p>
<p>— Очень надеюсь, — ответил Эдвард.</p>
<p>Мы тоже поднялись, я — плавно и осторожно, чтобы не потревожить спящую Несси. Как у меня отлегло от сердца, когда она заснула глубоким спокойным сном! Взвалить такую тяжесть на маленькие детские плечики… Хорошо, что теперь она может вновь стать ребенком, которому не грозят никакие тревоги и печали. Впереди еще несколько лет детства.</p>
<p>При мысли о душевном спокойствии я вспомнила про нашего «сапожника без сапог».</p>
<p>— Джаспер! — окликнула я уже на пути к двери.</p>
<p>Плотно зажатый между Элис и Эсми, сейчас он как никогда раньше вписывался в семейную идиллию.</p>
<p>— Да, Белла?</p>
<p>— А скажи мне, почему Джея Дженкса от одного твоего имени трясет?</p>
<p>Джаспер усмехнулся.</p>
<p>— Я пришел к выводу, что некоторые деловые контакты лучше держатся на страхе, чем на деньгах.</p>
<p>Нахмурившись, я дала себе слово, что с этого момента деловые контакты с Джеем Дженксом беру на себя, пока бедняга инфаркт не схлопотал.</p>
<p>С поцелуями и объятиями нам пожелали спокойной ночи и отправили в домик. Единственную тревожную ноту внес Науэль, проводивший нас таким выразительным взглядом, будто просил взять с собой.</p>
<p>На том б